— Как жаль, что Ларик не видит этой красоты, до сих пор не верю, что братишки больше не существует, — первым начал жалеть о произошедшем Михаил, который когда-то хотел, чтобы я умер.

— До сих не понимаю, зачем он так поступил? Ларик добился всего, признания, любви окружающих, денег и власти. О чём ещё можно мечтать в этой жизни? — Александр покачал головой. — Многие к такому стремятся до конца своих дней, а он всего достиг лишь за год. Я часто ему завидовал, но сейчас жутко скучаю.

— Да, он был гениален во всём. А, как правило, гении почему-то долго не живут, — подлил масла в огонь князь Долгоруков.

— Я ему обязан не только своей жизнью, но и жизнью всех вас. И сейчас, как трус, сбежал из дома, потому что не могу смотреть в глаза жене, — отец был не в состоянии видеть горе моей матери, испытывая горькое чувство вины.

— Давайте не будем об этом, Лера ещё сильнее расстроится, — постарался прекратить разговор Роман, так как девушка снова начала плакать. — Мы его все очень любили, он был хорошим братом. И все мы сбежали в этот чёртов разлом, чтобы не видеть его мёртвого тела. Душа прямо разрывается от горя.

А мне стало так совестно, что не мог посмотреть этим людям в глаза. Я предал свою новую семью, где меня любили по-настоящему. Мы молча продолжили двигаться до тех пор, пока справа не появился густой лес. Решили посмотреть, кто там водится. Когда до него оставалось менее полкилометра, оттуда вышли пять свиноргов, уставившись удивленно на нас. Звери не ожидали на своей территории незваных гостей. Все мы застыли на месте, смотря друг на друга, словно не веря в эту неожиданную встречу. Один из пятерых монстров на голову превосходил остальных.Он был, скорее всего, вожаком.

— Что будем делать? Убежать уже не успеем, — шёпотом спросил Долгоруков.

— Стрелять по глазам, как и сказал Игнат, — отец скинул с плеча винтовку с оптическим прицелом. Все остальные поступили точно так же. Без паники встали на одно колено, держа монстров на мушке. Звери почувствовали, что чужаки не боятся, и решили атаковать, рванув с огромной скоростью нам навстречу. Грянул одновременный залп, пули чиркнули по непробиваемой броне, но никто не смог завалить свиноргов на таком расстоянии, даже я промахнулся.

— Перезаряжаемся и подпускаем ближе, выбираем самую удобную для себя жертву, — скомандовал отец. А я осознал, что если хоть один доберётся до нашей группы, то раскатает всех за очень короткое время. Покачал головой, понимая, что не в состоянии оставить свою семью. Такими темпами они все проживут очень недолго. Мне придётся вернуться снова в многострадальное тело бедного Ларика, в котором умирал уже бесконечное число раз.