— Это… с-существо… гадость какая-то… что-то демоническое, точно. Мы с Адой не знаем, что это, — лепетала она, а глаза ее становились все больше, вот-вот из орбит вылезут.

— Эй, — я принялся растирать ей предплечья, пытаясь вытряхнуть ее из этого ступора. — Приди в себя. Останься со мной.

Видок у Иди был тот еще, да и меня, похоже, потряхивало неслабо — короче, вся компания тут же сбежалась к нам. Сет, Ада и Бруно — все тут как тут, пытаются понять, что за кипиш.

— Что происходит? — спросил управляющий. Моя паника, видать, и ему передалась — старик сразу как-то подобрался, уже не такой отстраненный.

— Срочно домой, — бросил я и рванул к Метеору.

«Улетать? Прямо сейчас?» — мысленно спросил Метеор. Голос его, как всегда, четко прозвучал у меня в голове.

Я мысленно дернул за наши с ним «поводья» — мол, да, немедленно.

— Макс, объяснись по-человечески, — Сет преградил мне дорогу, одной рукой он по-прежнему поддерживал Аду, которая выглядела совсем бледной. — Что стряслось-то?

— Иди чует, что Шелли в беде, — ответил я, торопливо накидывая седло на Метеора. Проверил все ремни, застежки. Что-то меня смутило в сиденье Бруно, какое-то оно было… неправильное. Подергал — вроде держится крепко. Ладно, не до этого сейчас, выкинул из головы.

— Пока госпожа Шелли за стенами Медвежьего Угла, с ней ничего не должно случиться, — авторитетно заявил управляющий.

— Кровь! Эта кровь в твари! И тварь хочет еще! — Иди почти выла, вцепившись в свои светлые кудри и дергая их так, что смотреть было больно.

Ада тут же подскочила к сестре, осторожно попыталась разжать ей пальцы.

Кровь… Слово это засело у меня в башке, как заноза.

Иди уже второй раз талдычит про кровь. Мозги у меня завертелись со страшной силой, пытаясь связать воедино Шелли, эту жирную тварь и кровь.

И тут меня осенило. Точно!

Это же не просто какая-то демоническая хрень. Это существо раньше было вороном Гарри!

Тем самым Гарри, который недавно распорол Шелли палец.

Тот самый Гарри, который попробовал ее крови. Черт!

— Бруно, — меня тут одна мыслишка сильно беспокоит, — а откуда стены Медвежьего Угла знают, кого пускать, а кого — нет? Как эта ваша система «свой-чужой» работает?

— О, на самом деле все весьма просто, — управляющий тут же включил своего внутреннего профессора и картинно поправил монокль. — Поскольку вы, хозяин, вложили в защиту свою энергию и свои ценности, Медвежий Угол укроет лишь тех, кого вы сами сочтете этого достойным.

— Это понятно. Но откуда фонари-то узнают? Особенно если я далеко от дома, — мне позарез нужно было выяснить все косяки этой их средневековой «сигналки». Если они, конечно, есть.