* * *

Первый экспедиционный корпус осторожно и не спеша проводил разведку и зачистку одно коридора за другим. После первых шальных убийств командование поменяло тактику и вместо «лихого кавалерийского налёта» перешло к стратегии захвата и удержания власти на очищенных территориях. Для этого требовалось досконально обследовать зачищенные коридоры на предмет тайных путей и лазеек, выгрести весь хлам, нанесённый людьми и установить системы защиты и контроля.

— Сэр, у нас заканчиваются ретрансляторы, а новая партия задерживается. — отчитался командиру сотрудник отдела технического развёртывания и обеспечения.

Тыловые крысы опять оплошали, не доставив в достаточном количестве сетевые ретрансляторы.

— Чего ещё не хватает? Составь полный список, я отправлю жалобу на муниципальный уровень. Посмотрим, как эта тыловая крыса Жако запоёт, когда ей срежут с десяток рейтинга. — своим не терпящим возражения голосом затрещал помощник Марка Виченцо, любитель накачанных мальчиков и девочек Рик Тимельсон.

Командующий этим сектором и корпусом вовсе не атлетичный командир посмотрел на часы, начиная заполнять форму отчёта, что по сути своей являлся доносом.

— Двадцать один тридцать… Сладкие мои! — обратился он к солдатам, словив несколько десятков неодобрительных и откровенно агрессивных взглядов.

Впрочем, это его не смутило. Не впервой.

— Через пол часа прибудет генерал Марк! До полуночи мы должны успеть закрепиться и в скором марше, выдвинуться на захват крысиной норы под названием Либеровиль! Нам выпала честь объединить свои силы вместе с вторым, четвёртым и пятым корпусом, поучаствовать в захвате этого, самого крупного из всех встреченных нами на сегодняшний день населённых пунктов! На его освоение и командование дарует нам целые сутки, и все вы успеете вдоволь насладиться плодами победы! Пятьдесят процентов добычи будут перераспределены после оценки в виде кредов между воинами моего сладкого, то есть, славного первого и самого лучшего экспедиционного корпуса! УРА! — воодушевлённо поделился радостными новостями Рик, предвкушая экстаз по итогам этого дня, что ждёт его ночью.

— Ураааа… — прозвучали довольно жидкие и редкие крики радости. Большинство, безусловно обрадовались возможности поучаствовать в очередном захвате города, но очередной многокилометровый марш-бросок по этим узким лабиринтам, да и ещё после такого долгого дня… это, вместе с тошнотворными оговорками, командира сводило на нет радость простых бойцов.

Некоторые так и вовсе кидали косые взгляды на радующихся ушлёпков. По сути экспедиция действовала как налётчики, выживая с насиженных мест несопротивляющихся аборигенов. Лишь в первый день оказывалось хоть какое-то сопротивление. Сегодня же, если не считать одного поехавшего крышей ублюдка, положившего с гранатой сразу троих бойцов и ранив ещё пятерых, можно сказать что первый экспедиционный корпус находился на прогулке. Ну а редко выползающие из своих берлог асоциалы разбегались один в один как крысы, даже имея на руках оружие, они не оказывали сопротивления и удавалось скрутить их после одного меткого удара парализатором.