Пацанам даже понравилось купаться в снегу после еженедельного банного дня, когда распаренные инструкторы и их подопечные прыгали в наметенные сугробы.

Сережка и его друзья Ванек и Илюха, а так же новенький из их спальни, татарчонок Гена, поначалу как и все первые три месяца стонали от боли в мышцах, от растянутых сухожилий, а затем незаметно для себя самих уже и не мыслили провести день без тяжелых нагрузок. Эти трое, принявшие для себя мировоззрение своего лидера, Подкидышева, вместе с ним даже жалкие крохи свободного времени отдавали занятиям с инструкторами по рукопашному бою и посещали все кружки по возможности, отдавая время сна занятиям.

Раневская тоже нахваливала четверых друзей, которые с удовольствием играли в ее театре. Так роль Мальвины досталась Сережке, а роль Буратино — Илюхе, Ваня получил роль Дуремара, а Генке дали роль полицейской собаки.

Вечером тридцать первого декабря подростки закончили наряжать роскошную ель игрушками и украшать клуб бумажными снежинками и ватными шариками, всех накормили праздничным ужином, подав на столы салат оливье, шницели из свинины с гречкой, пироги с брусникой и какао с молоком. Перед сном детям показали сказку «Золушка» и дети тормошили сидящую с ними Раневскую, тыкая пальцами в ее героиню на экране. Фаина Георгиевна будто вновь переживала сорок седьмой год, искренне потешаясь над своей героиней вместе со всеми.

А песню про Жука весь коллектив подпевал сначала по ходу фильма, а затем перед сном ее исполнили под звуки гитары и баяна.

На следующий день весь интернат после завтрака отправили чистить от снега дорожки с подъездной дорогой на километр вплоть до перекрестка с шоссе. Правда основную работу выполнял старенький трактор с установленным отвалом, до этого таскавший грузовой прицеп. Все преподаватели суетились и были как никогда серьезны, лишь одна Раневская махнула на все рукой, уверяя, что чему быть, того не миновать.

Приезд самого товарища Сталина вверг всех воспитанников в шок, впрочем как и самих преподавателей, отметивших накануне Новый год, от щедроты души обильно попрощавшись с уходящим. Судоплатов с Воскресенской провели вождя по всей территории, Иосиф Виссарионович лично желал ознакомиться с условиями жизни детей, которые после его смерти продолжат строить коммунизм. Небольшая ферма опять навела его на мысль о реформировании животноводства в стране и правитель улыбаясь слушал детей, рассказывающих о количестве удоев от каждой коровы.

Здесь, вдали от Москвы, он почувствовал прилив сил, у него будто открылось новое дыхание, хотелось по возвращении обратно сразу взяться за выкорчевывание вредителей, продолжавших тормозить развитие социализма.