Спустя пять минут, я топал обратно в поместье купца Кулебяко, обремененный довольно тяжелой ношей, при этом вполне довольный в предвкушении скорого очередного обогащения. Интересно, сколько там денег? Впрочем, гадать смысла не имеет. Главное, чтобы Боров ни о чем не догадался. А он и не догадается, поскольку не с его тушей лазать по узким сантехническим колодцам. По пути присмотрел придорожный булыжник, который должен буду предъявить Отрепьеву в качестве доказательства существования пробки.
Вернувшись к фонтану, мы вместе с Боровом сняли крышку люка коллектора ведущего к емкости с водой и перекрывающим подачу воды вентилям. Затем, не обращая внимания на снующую по двору прислугу, я деловито разоблачился до трусов и вместе с сумкой нырнул в темный зев подземелья. С проложенными по нему трубами. Отрепьев даже попытки не сделал за мной последовать. Вот какое ко мне доверие у бугра. Хе-хе-хе!
В коллекторе было темно и промозгло. Пришлось зажечь свечу, которую я предусмотрительно прихватил из своей каморки. Первым делом наглухо закрутил главный вентиль подачи воды в систему водоснабжения фонтана. Далее попытался открутить ключом-галочкой изрядно закисшие болты, удерживающие старые хомуты. Не получилось. Сейчас бы сюда пшикалку WD-40, был бы толк. Ладно, и без нее обойдемся как-нибудь. Пришлось срубать оба хомута посредством зубила и молотка. После того, как труба освободилась от удерживающих её полосок стали, мне пришлось прилагать невероятные усилия для того, чтобы попытаться сдвинуть с места метровый участок чугунной трубы, в котором, собственно, и находилась истинная причина затора. Оно, конечно, не газосварка но с проблемой герметизации труб с помощью льняной пакли и сурика предки справлялись на отлично. Более того, за годы, истекшие со времени постройки фонтана, пакля в совокупности с краской превратилась в монолитную несокрушимую прокладку, буквально въевшуюся в поры чугуна и надежно удерживающую трубу безо всяких хомутов. Помучившись изрядно, я, наконец, вспомнил, что маг. Ну а дальше мои невидимые «шмели» мигом уничтожили затвердевшую до прочности стали обмотку и неподатливая чугуняка легко сдвинулась с места в направлении трубы меньшего диаметра.
Ну, вот и моя очередная «прелесть». Извлеченный кошель оказался достаточно объемным и весьма увесистым. Изучать содержимое не стал. Сунул находку на дно сумки, прикрыл прихваченными тряпками. Булыжник положил в натекшую из трубы лужу, чтобы был мокрым и чистым, когда я его предъявлю Борову. Как-никак неделю в воде пролежал, если не чистым, хотя бы мокрым непременно должен быть.