— Выходит всё, что говорил "ярусопоклонники", правда? Вы ведь не отсюда, да? И я слышала, как в центре шла речь о секторах и ярусах.

Твою же мать. Хороший она выбрала момент для разговора.

— Не знаю, какая именно версия была у тех, кого вы зовёте "ярусопоклонниками", но другие сектора и ярусы действительно существуют. И да, мы пробиваемся наверх с самого низа, с нулевого. Ваш ярус — четвёртый.

Стоящий в нескольких метрах от нас мужик, уточняет.

— Это что получается, у нас тут что-то вроде башни, в которой все заперты?

На лице сама собой появляется ироническая ухмылка.

— Не башня. Скорее громадная шарообразная конструкция, в которой не меньше десятка ярусов и хренова туча секторов. Рядом с вашим тоже должны быть соседние. Просто проход туда по какой-то причине закрыт.

Новые вводные ввергают его в задумчивое состояние. А вот Ланна сразу интересуется ещё одним моментом.

— Почему мы здесь? Кто всё это сделал? Зачем?

Я машинально развожу руками.

— Сам бы не отказался выслушать эту историю. Нас просто выгружают в разных секторах. Со стёртой памятью и отощавшим телом. А дальше остаётся выживать.

Та хмурится.

— В каком смысле, выгружают?

В стороне звучит громкий голос Уны.

— В прямом. Вытаскивают из анабиоза и швыряют в пекло. Некоторым везёт ещё меньше — их создают в биореакторе и отправляют убивать. А через пару недель они разваливаются на куски и подыхают. То, что вы родились здесь и у вас были родители — уже какой-то плюс. Но вам всем нужно понять — вокруг одни сукины выродки. Те, кто правят этим сектором. Те, кто создал весь этот комплекс. Те, кто запустил его в работу и поддерживает до сих пор. И мы должны добраться до каждого из этих ублюдков.

Эмоциональная речь делает своё дело — вопросы затихают. Судя по лицам, большинство местных ушли в свои мысли. Наверное хреново осознавать, что вся окружающая тебя реальность оказалась насквозь лживой. А те, кто почитался на уровне высших существ, банальные выблядки. И никакой великой идеи или любой другой херни за этим не стоит — ты просто был куском бесполезного мяса, который должен был прожить пустую жизнь и сдохнуть.

Местные отживают только к моменту, когда возвращаются взводы Харра и Хэча. Вокруг начинает кипеть работа, плюс Уна вовсю раздаёт команды, щедро сдобряя их матом.

Я же наблюдаю за тем, как бойцы сортируют принесённые трофеи и пытаюсь понять, насколько сильно пострадала нога. Каждый новый рывок вперёд становится всё тяжелее. Стоит дать ей небольшой отдых и я едва могу ковылять. Через какое-то время конечность разогревается и идти становится чуть проще. Но долго держать даже средний темп перемещения, я всё равно не в состоянии. Остаётся надеяться, что после штурма найдётся вариант улучшить ситуацию. Неприятно чувствовать себя балластом, который может лишь отдавать команды.