Поморщившись, отгоняю мысли в сторону. Слишком мало информации, чтобы делать важные выводы.
— Я могу пропустить вас. Но где гарантия, что вы не атакуете, как только окажетесь внутри?
Он действительно опасается? Или тянет время?
— Зачем? Объясни, за каким хером нам захватывать самопальную постройку с проходом между локальными уровнями?
Какое-то время молчит. Потом задаёт встречный вопрос.
— А за каким хером вам Хранитель? Откуда он вообще взялся и почему слушается команд? Или это вы его слушаетесь?
Хм. Интересно, он вообще видит наши статусы? Кто это вообще такой? Откуда в курсе по поводу Хранителей?
— Он с нами. Если тебе интересно, можем поговорить более подробно. Но желательно в более приватной обстановке, а не посреди лагеря, набитого людьми.
Хорошо слышу, как мой собеседник иронично хмыкает.
— Это не такая большая проблема. Информация не выйдет за пределы стен.
Он собирается убить всех, кто сейчас находится в Марадзе? Тут же навскидку, не меньше нескольких тысяч человек. Пытаюсь осмыслить логичность такого решения, а робот уже продолжает.
— В любом случае, я бы не отказался побеседовать лицом к лицу. При наличии гарантий безопасности.
Тяжело вздохнув, уточняю.
— Как ты себе представляешь эти гарантии? Хочешь просто услышать, что я обещаю не атаковать первым?
Когда в воздухе снова звучит голос "болванки", мне кажется, что в нём проскальзывает удивление.
— С вами же Хранитель. И я уже отправил ему форму. Осталось только подтвердить.
Не успеваю повернуть голову к нашему новому роботу, как слышу его тяжелый голос.
— Мне нужно ваше подтверждение, командир. Но перед этим, вы должны кое-что услышать.
Глава XIII
Слегка поворачиваю голову, не выпуская "переговорщика" из поля зрения. А в наушнике снова слышится голос Хранителя.
— Кто бы не управлял Марадзом, у него есть доступ к основной системе. Как минимум, частичный. Мне только что пришёл запрос на подтверждение двусторонней проверки территории.
Непонимающе хмыкнув, собираюсь уточнить, что это такое. Но робот уже принимается рассказывать сам.
— Служебный протокол. Достаточно старый и предназначенный для использования совсем при иных обстоятельствах. Но творчески скорректированный. Полный запрет на любые агрессивные действия против любого из членов нашей группы. И невозможность повреждения построек лагеря либо убийства персонала из-за действий с нашей стороны.
В целом, расклад понятен. Но из картины выпадает один крайне важный момент.
— Как он собирается всё это контролировать? Здесь же нет камер.
На этот раз отвечает не наш робот, а "болванка" противника, играющая роль рупора.