— Скажи, а тот человек, в капсуле… Он сам умер, или ты его убил?

— Я его убил.

— А зачем?

— А зачем он нам здесь нужен? Мы будущие властелины вселенной, третий здесь всю схему ломает.

— Что ты подразумеваешь в вопросе моей готовности?

— Энергия не берется из ниоткуда. Жизни и души — это топливо. Гольдштейн хотел убить всех в отражениях прямо сейчас, чтобы получить выплеск энергии и начать экспансивное расширение. Но не обязательно для этого сжигать миллиарды людей в огне катастроф прямо сейчас, достаточно просто немного подождать.

— Вечность?

— Именно.

— Если я не хочу быть властелином вселенной?

— Конечно не хочешь, ты же еще не готов. Но прежде чем что-то сейчас сказать и принять решение, можешь вспомнить свое обещание оберегать Дарью, от которого моя смерть тебя не освобождает.

Воропаев замолчал, внимательно на меня глядя, потом медленно заговорил снова.

— Посмотри рационально: Эрика станет императрицей в Средиземье, Петр со своими амазонками станет главным на Пандоре — пусть он пока тупой, но он мой сын, так что рано или поздно поумнеет. Мушкетеры твои станут царями античности…

— Что?

— Они договорились в Атлантиду отправиться после смерти. Не знал?

— Нет.

— Теперь знаешь. И только Дарья не справится, ее просто сожрут. Думай, решай.

Гольдштейн уже умер — только что упал лицом вниз, а вот Здравомыслов еще дышал. Воропаев посмотрел на меня, на него, подошел ближе и резким ударом ноги сверху сломал светлому творцу-основателю шею. Помещение сразу погрузилось в красный свет, а Воропаев преобразился — наручники исчезли, тюремную робу сменил темный комбинезон. Несколько пассов руками в невидимом мне меню и на полу материализовалась капсула для стазиса.

— Ты теперь Посланник Системы? — спросил я.

Воропаев не ответил, только едва улыбнулся, а потом показал на мигающие разными цветами порталы.

— Ты можешь выбрать любой, это только твое решение. Но если ты не отправишься на Землю, рано или поздно все сломается и путь к далеким звездам для человечества будет навсегда закрыт.

Больше не обращая на меня внимания, Воропаев лег в капсулу. Откинувшись в ложементе, он закрыл глаза, крышка сразу начала закрываться. Красный свет моргал все чаще и ярче, зазвучал предупредительный сигнал и раздался механический голос с отсчетом времени — система информировала о переходе метаверса в безопасный режим с отключением всех функций Системы.

Негромкий стук в дверь заставил вздрогнуть, вырвав из воспоминаний. Соскочил с подоконника, прошел через комнату гадая кто там — если Валерия, могут быть проблемы. Если же Нэнси или Элеонора, то нормально — можно обсудить предстоящие действия. Но на пороге вновь обнаружилась Дарья.