Со спины к нам подошёл Штыков, который до этого момента контролировал весь процесс из кабины УАЗика.

— Родин, а ты уверен, что тебе погодка не помешает взлететь? — спросил подполковник с небольшой издёвкой в голосе.

— Валентин Николаевич, не помешает, если я взлечу раньше того момента, когда пойдёт дождь, — ответил я. — Сейчас техники заделывают течь и полетим.

— Смотри у меня! Из-за тебя одного сюда столько народу пригнали. Твой Барсов тоже молодец! Не мог катапультироваться и сейчас бы на базе сидели, — возмущался Штыков.

Я подмигнул Бубко, намекнув, чтобы он оставил нас вдвоём с подполковником. Веня всё понял и пошёл к кубинцам, которые продолжали проверять сопло двигателя.

— Марк действовал из соображений сохранности техники…

— Он струсил прыгать, Серёжа! — громко сказал Штыков и на его голос находившиеся поблизости сразу отреагировали.

Маленькая пауза и всё внимание личного состава вернулось к работе.

— Это не так. Он хотел сохранить самолёт, — стоял я на своём.

Барсов не скрывал, что побоялся катапультироваться. Однако своего ведомого и товарища я буду отстаивать до конца.

— Ваше с ним счастье, что это Ангола, а не Союз. Здесь только на Родину со справкой отправляют, и в полк отзыв приходит. А дома с ним бы уже по-другому разговаривали, — ткнул мне пальцем в грудь Штыков.

— Значит, хорошо, что мы не дома. Но я думаю, что здесь нечто иное, — сказал я и подполковник слегка прищурился. — Не было элементарного согласования с кубинскими расчётами ПВО. За эту вещь отвечают не лётчики, а управленцы, командные пункты и начальники…

— Сынок, ты на что намекаешь? — зарычал на меня подполковник.

— Намекаю, что нужно перегнать самолёт отсюда. Тогда все будут довольны.

Я хотел продолжить говорить, но в воздухе послышался знакомый свист. В районе села раздались несколько взрывов и вверх поднялись столбы огня и пламени. Кто-то очень удачно попал из миномётов.

— Мужики, заканчиваем. Скорее собираемся и уезжаем, — крикнул я техникам.

Земля слегка затряслась, когда одна из мин упала рядом с дорогой, повредив осколками грузовики. В нашу сторону летело ещё несколько мин, но падали они до дороги, отделявшую нашу поляну от леса.

К Штыкову прибежал с нашим переводчиком анголец, измазанный в песке. Подполковник выслушал его и подбежал ко мне.

— Родин, нужно взлетать. УНИТовцы рядом. Там очень много войск. Кажется, они начали наступать на этом направлении… — начал говорить Валентин Николаевич, но я перебил его.

— Ещё течь полностью не заделали, — сказал я, и ещё одна мина упала рядом с опушкой.