Глава 25
Выражение лица Тимура Борисовича было весьма красноречивым. На паре не самых цензурных словосочетаний, он явно не планировал останавливаться. Но в грузовой кабине Совенко было не просто с нами разговаривать. Шум и небольшая тряска от восходящих потоков нагревающейся земли, заставляли каждого двигаться в такт с болтанкой, влияющей на вертолёт.
Что касается состояния моих товарищей, то это достойно отдельного упоминания. Один только внешний вид стоил целого сочинения на тему «Как я провёл день в Африке».
Мой порез на шее, пара шишек на голове и синяк под глазом были не самыми сильными повреждениями.
Штыков, как самый пострадавший и, так уж получилось, «виновник» нашего похода в племя, был серьёзен и смотрел по сторонам своими опухшими глазами. Сейчас он напоминал сонного енота в военной форме.
Ренатов не имел ран, а вот Гусько, Марк, Костя и наш «переводчик» Карл Виленович отметин не избежали. Щека, шея и плечо Марка было в каплях крови. Саму рану ему заклеили, а вот большую шишку, которая вздулась над бровью, прикрыть было сложно.
Гусько сидел с раздувшейся щекой, как после флюса и рассечением на переносице. А вот Карлу повезло меньше — всё лицо было в синяках, а его форма из окраски «серой ящерицы» превратилась в песочную. Видимо, он сильно катался по земле, либо его так поваляли.
Пока я размышлял и строил гипотезы о том, что с нами будет, вертолёт приземлился на полосу в Лубанго. Погода безоблачная, а значит, и авиация должна работать в интересах поддержки войск.
Как раз сейчас кубинские лётчики занимали места в кабинах истребителей. У каждого по две бомбы ФАБ-250. Поддержка обороняющихся в Шангонго продолжается.
Пока мы рулили по магистральной рулёжке, от полосы отрывалась очередная группа, сразу выполняя отворот на юг. Другие лётчики уже прилетели и охотно делились впечатлениями между собой. Увидев, как мы начали выходить из вертолёта, они поприветствовали нас и собирались уже подойти пообщаться.
— Товарищи, личный состав сейчас будет занят. Чуть позже, — остановил кубинцев Совенко, не дав им подойти к нам.
Как только коллеги отошли подальше, Тимур Борисович повернулся к Штыкову.
— Ждать здесь, — прорычал он сквозь зубы. — Приедет автобус, и вы едете в место проживания. Приводите себя в порядок. Скоро вызову.
Полковник быстрым шагом заспешил к штабу ангольцев. Я поблагодарил Мигеля и его бортового техника, после чего заглянул в кабину.
— Спасибо за доставку, мужики, — пожал я руку каждому из трёх членов экипажа вертолёта, который нас привёз обратно.
— Да не за что, — ответил мне командир экипажа, который был из Советского Союза. — Вы как там оказались? Нам сказали, что экипаж Мигеля на аварийную сел и надо бы его забрать. А тут народу немало оказывается.