А если его менты примут, то мы тут не при делах. Тогда Овражским и спортсменам нам предъявить будет нечего. У них без Петра разброд начнётся, сможем часть людей на свою сторону перетянуть. Тогда можно будет и Кудряшу правилку устроить, на перо его посадить. Без Петиных бойцов никто за него не впишется.
— Ладно. Поговорю, — неохотно буркнул Валет.
На том и расстались.
Глава 21 Жаркое лето 4
Приняли Петю до смешного банально. В военкомате.
Спрашивается, зачем он туда попёрся. Гордыня подвела.
Получив повестку с требованием явиться в военкомат, Пётр не насторожился. Более того, он даже испытал праведное возмущение. И в означенное в повестке время явился в военкомат в бодром настроении, собираясь показать здешним бездельникам, как они неправы.
Да и чего ему было опасаться. Это раньше он, как большинство парней, испытывал неприятный холодок между лопаток при одной мысли о приближающемся весеннем или осеннем призыве. Но сейчас он был полноправным студентом и имел полное право, если и не послать товарища военкома на хер, то существенно подпортить тому настроение, предъявив свои законные права на как минимум отсрочку до окончания учёбы.
Поэтому Пётр накануне визита в военкомат получил соответствующую справку в деканате Института и теперь с лёгким сердцем входил в двери учреждения, на дверях которого хотя и не горела багровыми знаками пугающая до усрачки вывеска «Оставь надежду всяк сюда входящий» ©, но заставляло тревожно биться сердца вступающих в неведомую новую жизнь призывников.
Петю встретили дружелюбно, но проводили почему-то не к военкому, а в кабинет, где его ждали двое серьёзных мужчин, в которых многоопытный Петя сразу признал ментов.
Начали эти серьёзные дядьки знакомство не с дружеских объятий, а с обыска Петиных карманов, в которых обнаружили два боевых патрона от ПМ. Схема привычная до слёз и частенько используемая нечистоплотными ментами.
Вроде бы мелочь. Что такое два патрона? Не пулемёт же в самом-то деле. Но суровая правда жизни гласила, что имело место быть Статья 218 Уголовного кодекса РСФСР от 27 октября 1960 года «Незаконное ношение, хранение, приобретение, изготовление или сбыт оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ». И за эту отнюдь не мелкую шалость, согласно этой статье, подобное деяние наказывалось лишением свободы на срок от трёх до восьми лет.
Разумеется, пострадавшие от милицейского произвола слёзно уверяли, что вещественные доказательства им подкинули, но суды обычно обращали на эти протесты мало внимания, и сроки назначали отнюдь не детские.