После выступления Пака слово дали Петру. Если раньше они на подобных сходках с Сашком были кем-то вроде бедных родственников, то теперь являлись полноправными участниками, с мнением которых вынуждены были считаться.

— Все мы слышали Константина, — солидно начал Пётр. — И вот что меня удивило в его словах. Мы, Мы, Мы. Я стесняюсь спросить, кто такие эти Мы?

Все начали недоумённо переглядываться.

— Ты о чём, Пётр? — не понял Кудряш. — Поясни.

— Поясняю, — охотно отозвался Пётр. — Мне лично непонятно, от чьего лица предъявляет претензии наш коллега. Нам известно, что на территории авиазавода мутит свои дела группа цеховиков, то есть по сути барыги. Которые там делают свой бизнес. И мы вроде как им помешали. Только у меня тогда вопрос, с каких это пор барыги стали предъявлять конкретным пацанам?

— Какой я тебе барыга! — взвился с места Пак.

— Ты может и нет, — усмехнулся Пётр. — Но на авиазаводе барыги окопались, и мы вроде как им мешаем. Так что ты будь добр, поясни, в чём твой интерес и как ты с барыгами связан?

— А чего тут объяснять? — удивился Пак. — Ясно, что цеховикам требуется защита. По решению всесоюзной сходки барыги обязаны платить десять процентов от дохода ворам. Так что я со своими парнями, как это сейчас модно стало называть, крышую цеховиков.

— Допустим, — кивнул Пётр. — Ты с них снимаешь десять процентов, но, насколько нам известно, в городской общак не платишь.

— Это не твоё дело, — окрысился Пак. — Я через московских воров в общероссийский общак отстёгиваю.

— Кому конкретно? — поинтересовался Пётр.

— Опять же не твоё дело, — излишне жёстко отрезал Пак.

Константин нервничал. Из-за своей жадности, на самом деле, никому из коронованных воров он не платил, и это могло стать проблемой.

— Но, когда у тебя возникли проблемы, обратился ты к городскому сообществу. Мы, например, в городской общак платим, и очень немаленькие суммы, люди соврать не дадут. А ты получается здесь чужак, а просишь, чтобы тебя поддержали в ущерб интересам местного сообщества, — резонно возразил Пётр. — Да и при чём здесь барыги и твои с ними дела, в которые мы, заметь, не лезем, и территория авиазавода, на которую ты претендуешь?

— Мы на завод первыми зашли, значит, территория наша, — набычился Пак.

— В том-то и дело, — картинно развёл руками Пётр. — Сам признаешь, что воровское сообщество вам эту территорию не давало и смотрящим тебя никто не ставил. Вы сами туда зашли, на свой страх и риск. Значит, и другие могут точно так же на заводе свои дела обделывать. Нет у вас исключительного права на эту территорию.