Но ничего полезного пока Пётр рассказать не мог. Первым делом он напряг Сашка и Рафика. Те уже слыхали про маньяка, и сами испытывали к нему лютую ненависть.

Но если добродушный и доверчивый Рафик, пояснения Петра о знакомой девушке, ставшей жертвой маньяка, принял без раздумий, то дошлый Сашок рассказу друга явно не поверил. Сашок догадывался, что Пётр связан с ментами гораздо крепче, чем кажется на первый взгляд. И что дело там не ограничивалось только якобы подкупом нужных ментов, для прикрытия их коммерческих дел. Но Сашок был верным другом, а времена сейчас были такие, что воровские понятия стремительно размывались и многое из того, что раньше считалось западло, теперь становилось вроде как в порядке вещей.

Поэтому Сашок серьёзно насел на Кудряша, чтобы тот напряг всех бродяг для сбора информации. Да и сам Кудряш не особо возражал, поскольку такой беспредел даже сами блатные не одобряли и к тому же их активно прессовали менты, которые взялись за поиски маньяка с необыкновенным рвением.

Короче, все жаждали найти эту гниду. Только тот, как в воду канул. Никаких следов. Зацепиться было абсолютно не за что.

* * *

Мужчина сидел на кухне, пустым взглядом уставившись в поверхность стола, ссутулив плечи. Затем очнулся и продолжил то, чем занимался. Нехитрый ужин.

На столе стояла миска с магазинными пельменями, сдобренными уксусом, половина буханки чёрного хлеба и открытая бутылка водки. Спиртным мужчина не злоупотреблял, но стакан огненной жидкости под горячие пельмешки, был сейчас ему жизненно необходим.

Был поздний вечер, точнее, почти ночь. День был тяжёлым. Он устал. Не столько физически, сколько в целом от этой серой беспросветной жизни.

Доев пельмени и до дна опустошив стакан с водкой, он сложил грязную посуду в мойку и занялся приготовлением ужина. Не для себя. Гречка уже доварилась, он слил воду и добавил в кашу полбанки тушёнки.

Размешав как следует полученное варево, мужчина отправился в пристроенный к дому большой сарай, в который можно было пройти из дома, не выходя на улицу. Миску с кашей и деревянной ложкой он прихватил с собой.

В сарае мужчина сдвинул в сторону стоящий почти посередине сарая сундук, под которым обнаружился люк. Открыв его, мужчина опустил в открывшийся провал тусклую электрическую лампочку на коротком проводе и спустился вниз по почти вертикальной металлической лестнице.

В углу подвала стоял деревянный топчан, на котором, испуганно сжавшись, сидела закутавшаяся в одеяло девушка. Мужчина молча поставил миску на пол возле топчана и некоторое время молча рассматривал испуганную пленницу.