— Ну и последний вопрос, — я наступил другим обрубком на его грудь, — Как опричники узнаю́т, кто и кого убил? А если тела не будет?
— Родовой знак, в нём вся информация! — прокряхтела моя жертва, с трудом дыша. — Они сразу всё узнаю́т!
Любопытно. Я поднёс кулон к глазам и внимательно осмотрел. Он был слишком мал, чтобы в него можно было поместить сложную электронику, по крайне мере с местным уровнем технологий. Но это и не привязка к душе, иначе бы он среагировал на мой приход в мир. Загадка? Да похер, если честно.
Ладно, не будем нарушать местные традиции — играть по чужим правилам всегда сложнее, а значит интереснее.
Отдал безмолвный приказ исходящей слюной фрикадельке и костяные клинки пронзили душу моего оппонента ровно так же, как это было сделано с его друзьями. Не смертельно, но невероятно болезненно. Уж что-что, а в причинении боли я мастер. Тем более, что страдающая душа быстрее впитывает энергию мироздания и толстеет прямо на глазах, становясь настоящим сочным деликатесом.
Теперь главное нести аккуратно, чтобы не выдернуть душу из тела. Если они умрут здесь, то Алёнку казнят, а я провалю контракт и опять застряну в бесконечном ничто на очередную вечность.
Внезапно возникла проблема. Мужички оказались настолько тщедушными, что связь их души и тела не выдерживала нагрузки и норовила порваться при подъеме метафизическими щупальцами. Пришлось их осторожно перекатывать по земле до ближайшей серой зоны.
Картина, блин, маслом — три хрипящих тела катятся колбаской по грязи, а за ними в раскоряку шагает безрукий на обрубках ног.
Проковыляв метров двести, я вспомнил, что оставил деньги в том тупике, но здраво рассудил, что вполне успею восстановиться и вернуться, поскольку район выглядел крайне безлюдным.
Наконец впереди показалась ярко освещённая дорога и приметные, метровые красные столбики, стоящие через каждые десять метров обочины. Ради интереса осмотрел один из них и обнаружил небольшую лампочку и динамик. Вполне вероятно, что оно светится и гудит, предупреждая всех об опасности.
Ещё одним интересным фактом, не замеченным ранее, было то, что фасады зданий вдоль красной границы выглядели очень крепкими, а все окна имели ставни, причём явно автоматические.
Теперь я был в разрешенной зоне, и, видимо, мог делать с неудачливыми грабителями всё, что угодно.
— Приятного аппетита! — с довольной улыбкой пожелал я сам себе и вонзил в первое тело обрубок руки, тем самым соединяя нас.
Энергия Миры освежающим потоком омыла мою изголодавшуюся душу и безвозвратно ухнула куда-то на самое дно бесконечной бездны пустоты, на месте которой некогда было безмерно огромное ядро могущества. Я зажмурился от удовольствия, впитывая первую за вечность, так сказать духовную, пищу.