Ну вот за что мне это всё?

Деваться некуда. Под испуганно-удивлённый возглас пигалицы непроизвольно задерживаю дыхание и спрыгиваю на глазастый, шевелящийся ковёр. Тварь тут же вцепляется в мою душу и тело.

Незабываемые ощущения! Как с головой нырнуть в выгребную яму общественного сортира, где копошатся исторгающие вонючий гной черви, а сверху льются чуть тёплые склизкие помои неизвестного происхождения, забивающие нос, рот и уши.

И всё это придётся поглотить, поскольку нет другого способа окончательно уничтожить суть духа. Нет выбора. И пусть те, кто говорил, что для получения силы хороши любые методы, жрут это до конца жизни!

Очистить разум. Абстрагироваться. Начали!

Едва это ублёвище осознало что ему конец, как попыталось отделиться от моей души, но на этот раз уже я вцепился духовными клыками в тварь и медленно пережёвывал, отстранённо думая о том, как всё-таки плохо, что душу не может вырвать…

Отрывать по маленькому кусочку, впитывать отвратительную энергию, не думать о происходящем! Откидывать уцелевшие людские души, чтобы не чувствовать их сладость, после которой паразит покажется ещё более омерзительным на вкус. И не забывать материться сквозь зубы, чтобы сохранить рассудок.

Сложно сказать сколько это длилось. В себя я пришёл от интенсивной тряски:

— Ярик! Ярик, ты справился! Это было круто! Оно всё р-раз и осыпалось трухой! — радостно верещала девица, обнимая моё тело, покрытое холодным липким потом.

Она быстро развернула ком вещей и наспех оделась. На меня она накинула только белый халат и застегнула единственную уцелевшую пуговицу.

На негнущихся ногах я двинулся к выходу на автопилоте, с трудом осознавая реальность и чувствуя, как внутри моего ядра силы плещется гнойно-зелёная, омерзительная энергия. Меня сотрясала крупная дрожь и я всё ещё ощущал невообразимо отвратительный привкус паразита на клыках души. Видя моё состояние, Алёнка помогала идти, но не затыкаясь ни на секунду.

Тут и там из зданий выходили пришибленные люди, не особо отличавшиеся от текущего меня общим состоянием тела и духа.

— Обалденно же! Тут и репортёры были! Даже не представляю, на сколько взлетит твой рейтинг, когда они опубликуют видео!

Я не отвечал. В голове была звенящая пустота, в которой пульсировала одинокая крамольная мысль о возврате в небытие.

— Ты же спас их понимаешь? Кучу народа и Настьку! Это же просто невероятно!

Как сомнамбула добрался до пролома и скользнул пустым взглядом по полутора десяткам шокированных опричников, стоящих без движения. Толпа тоже безмолвствовала, ровно до того момента, как я показал большой палец, давая понять, что всё закончилось и что я тут главный герой. Восторженные и радостные крики тут же заполнили всё пространство парковки, не хватало только букетов, бросаемых к моим ногам.