поговорили и с Митькой. И предложили ему, раз боярин так пожелал — принять фамилию. А землю ему лично казна даст. Ее сейчас освободилось много, осваивать надобно. То, что раньше из-за татарских набегов заброшено было, теперь оживать начнет. Этим решением были довольны все. И сыновья Ромодановского, которые все ж таки не прониклись, как отец, и сам Григорий… Вот Митька фырчал, но ему убедительно доказали, что не хочешь — не занимайся. Братья займутся, а ты проверяй. А ежели лекарем хочешь стать — учись. Это куда как приятнее делать, когда о куске хлеба думать не надобно. Впрочем, награждение было не просто так. Софья отлично понимала, что такое чума в это время. Ни антибиотиков, ни грамотных медиков… если бы Митька ее не распознал, если бы не бросился отдавать приказы, если бы татары принесли ее на Русь… Тысячи полегли бы и десятки тысяч. Страшно. Так что награда была справедливой — это первое. И стимулировала царевичевых, теперь уже царских воспитанников, на совершение такого же подвига. Это второе. Хотя воспитанники и так были готовы за царя в огонь и в воду. * * * Сэр Исаак Ньютон любовался каменным теремом, который рос с каждым днем. Пока рядом с ним были деревянные корпуса. Но и каменное здание царевна обещала. Университет. — Красивое место. Томас Савари смотрел одобрительно. Недавно ему пришлось уезжать из Франции, а научный мир ведь узок! И Исаак пригласил к себе французских коллег. Денис Папен, Абрахам де Муавр, Денис Лорд — и это были далеко еще не все имена. «Король-Солнце» активно прижимал гугенотов, те сопротивлялись, но самые умные видели, что битва уже проиграна. А раз так… Надо уезжать. Почему бы и не на Русь? Здесь строится Университет, здесь полный пансион, жилье, финансирование — только работай. И — учи. Кого? Да уж есть кого! Ребят хватает, да и каких ребят! Умные, смышленые, с такими работать — одно удовольствие! А царевичи? Исаак как-то больше общается с царевичем Иваном, Алексей наезжает редко. Зато деньги выделяет регулярно, хотя отчет и требует. Но это уже не вопрос Исаака. Царевич выделил ему пятерых ребят, которые занимались исключительно счетами и отчетностью, так ненавистной сердцу истинного творца. Постепенно Университет заполнялся кадрами. — Добрый день, сэр Исаак. Улыбка у царевны Софьи была очаровательная. И вся она была такая… просто милая молодая дама в платье полуевропейского покроя. Темные волосы заплетены в длинную косу, платье без пышной юбки, никакой краски на лице — и все же было в этом что-то очень естественное и непринужденное.