— Он не принадлежит мне! — возопил перепуганный Велур — Мне его передали для опытов, господин Леграс передал! У меня и документов на него нет!

— Стоп! — нахмурился император — Значит, он не раб? А тогда почему вы надели на него ошейник? Если на нем ваш ошейник, на ошейнике ваши данные для опознания хозяина, значит — это ваш раб? Советник, найди изъян в моих логических построениях!

Леграс ухмыльнулся, поклонился императору:

— Что ты, владыка, как всегда — никаких изъянов! Если этот человек не раб, то по какой такой причине господи Велур держит его в ошейнике? Если раб, то Велур отвечает за то, что содеял этот раб! Мы ведь не осуждаем нож, которым Велур убил своего противника, мы осуждаем Велура! А нож…что он такое — нож. Инструмент. У него нет своей воли. А у свободного человека — есть. Значит, виновен Велур!

— Он не раб! Не раб! — Велур шагнул ко мне, уцепился за ошейник и потянул его к себе. Ошейник разомкнулся так легко, будто бы и не был никогда застегнут. Я ахнул, меня как током прошибло, потом облегченно вздохнул, потирая шею.

— Вот! Это он воздействовал на моего противника! А я ни причем! — продолжал ныть лекарь, ну а я с интересом смотрел на самого родовитого и властительного человека в Империи.

Хорош, нечего сказать! Развел этого дурака — просто на-раз! Вот действительно говорят — образование, научные работы — все это не гарантирует острого ума в житейских ситуациях. Помню, как-то прочитал о том, что телефонные мошенники развели пожилого академика на несколько миллионов рублей. Этот дурак сам отдал им деньги! Квартиру продал, и перевел! Академик! У меня это в голове не укладывается. Любой скотник или тракторист сто раз бы подумал, прежде чем отдать свои деньги непонятно кому. А этот — легко! Видно и достались они ему легко…не жалко было.

— Итак, насколько я понимаю, теперь ты можешь говорить. Как там тебя звать?

— Келлан, ваше величество — прокашлявшись ответил я — Да,теперь могу говорить.

— А почему не говорил? — легко подхватил посыл Император.

— Да потому что вон тот…человек (киваю на Велура) запретил мне вообще говорить. А этот поганый ошейник такая штука, что если я не выполню приказа того, кто его надел — на меня накатит приступ боли, и я буду валяться на полу и блевать.

— О как! — не удивился император — Итак, ты в самом деле помог своему…хмм…обидчику в той дуэли?

— Да, ваше величество — пожал плечами я — Каюсь. А куда было деваться? Я этого гада ненавижу (киваю на бледного Велура), но если он сдохнет, когда на мне будет ошейник — тогда и я сдохну. Да еще и в муках. Ошейник меня убьет. Потому мне жизненно необходимо было, чтобы этот придурок выжил.