Как оказалось, нападение началось изнутри. Кто-то вырезал охрану ворот и стен — пять человек умерли с перерезанными глотками и ранами в спине. Потом были убиты несколько слуг, попавшихся навстречу диверсантам — видимо для того, чтобы не закричали. Возможно, что нескольких слуг перед смертью хорошенько допросили — иначе откуда бы нападавшие знали расположение комнат, и кто в этих комнатах сегодня спит. Всего их было десять человек, трое — лежат в моей комнате. Еще трое — у комнат девчонок. Двое — в комнате хозяина поместья. Остальные пытались скрыться, но совместными усилиями их уничтожили. Сдаваться они не пожелали. Видимо знали, что ожидает после пленения.

Девчонок спасло то, что они этой ночью не разбежались по комнатам, и все, толпой, сидели у Сони. Вернее — лежали в постели и болтали. Когда убийцы ворвались в комнату, девушки не спали, и мгновенно сориентировавшись, тут же вступили в бой. Слава богу, что им достались не такие бойцы, какие напали на меня. А с обычными убийцами они справились довольно-таки легко, тем более что в Сониной комнате имелся целый арсенал различных приспособлений для убийства — начиная с шипастых кастетов и кинжалов, и заканчивая мечами и копьями с длинными, в два локтя длиной стальными наконечниками. Легко ранили только Хельгу, которая попала под первый удар. Убийца направил кинжал ей в грудь, но она успела увернуться и звезданула его в пах. Ну а добить было уже делом минуты. А потом, добив своих убийц, девчонки похватали мечи и побежали спасать отца, мать Сони, и самое главное — меня.

* * *

— Я не виноват! Я их сюда не звал! — обвожу взглядом Мозиллу, Кордана, девушек, всех, кто сидел сейчас в комнате.

— Ты не виноват — соглашается Кордан — Это я виноват. Я пригласил Ласселя, хотя и знал о его мерзком характере. Однако я не думал, что дойдет до такого. Они пришли убить именно тебя.

— И нас — вмешивается в разговор спокойная, можно сказать безмятежно спокойная Мозилла. Она ведет себя так, будто между нами ничего не произошло, и ее не обнаружили лежащей в моей постели в луже крови. Я кстати так и не придумал, как объяснить моим подругам данный факт — откуда в моей постели нарисовалась хозяйка дома, да еще и голая.

— И нас — кивает Кордан — Видимо обида Ласселя была так велика, что он приговорил и нас. Глупо, конечно, но в его духе. Уверен, что его отец ничего не знает о поведении сына. О таком поведении. Но да ладно…я вас пригласил сюда затем, чтобы решить — что делать в ближайшее время. Фактически мы сейчас находимся в состоянии войны с крупным, одним из самых крупных Кланов Империи. Вам придется уехать, так как я опасаюсь, что вы тоже можете пострадать. Завтра утром бронированной каретой отъезжаете в Академию. Вопросы есть?