Рома же держался поближе к нам, видимо, в роли телохранителя. Так, они распределили обязанности с сестрой.

Рома тут же откликнулся на мой зов и через секунду уже был рядом.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Нет, — сказал я, — хотел поинтересоваться, вы в трансформированном состоянии, насколько меняетесь… в поведении? — аккуратно подобрал я слова.

— Можем ли мы себя контролировать и не нападём ли на вас? — тут же в лоб спросил Роман, поняв, что я имею в виду.

— Например, — кивнул я, не желая задеть его своими подозрениями.

— Мы видим мир иначе, но, по сути, остаёмся теми же. И если кто-то наш друг, то он всё равно друг, ну и с врагом аналогично. Мы мыслим более просто, что ли, инстинкты обостряются… но отношения и оценки событий остаются прежними.

— А если у меня, к примеру, будет идти кровь? — спросил я.

— Это не повлияет, — уверенно сказал Роман, — говорю же, мы себя контролируем. И на кровь реагируем, конечно, но не как безумные. Просто чувствуем её особенно сильно, и она пробуждает в нас… остроту восприятия, что ли? Азарт, наверное, точнее будет сказать!

— Понятно! — кивнул я, — извини, если вопрос был обидным, но просто хотелось сразу знать, стоит ли чего-то опасаться или нет.

— Ничего обидного! — сказал Роман, — вполне логичный вопрос. Если мы вам про это раньше не говорили, надо же вам узнать!

— Есть движение! — вдруг как из-под земли выросла перед нами Вика, — трое в чёрной форме. Похожи на разведчиков или патруль. Можно, мы с ними разберёмся? — она азартно оскалилась.

— Что у них с оружием? — спросил я.

— Обычное, огнестрельное! — сказала Вика, — но мы сзади нападём, не дадим возможности его использовать. Тем более ты надоумил нас взять эти иголки! — и она вскинула вверх стальное копьё, которые они с братом успели очень положительно оценить во время стычки в лагере.

— Иголки! — усмехнулся я, — скажешь тоже!

— Ну так что? — с не меньшим азартом спросил Роман.

— Действуйте! — кивнул я.

Рома тут же стал скидывать с себя одежду, Вика выскользнула из плаща и на пару секунд осталась обнажённой, но тут же началась трансформация и вся красота женского тела мгновенно исчезла.

Надо сказать, Рома уже не так трепетно оберегал наготу сестры, видимо, теперь я был свой.

Оборотни исчезли в лесу.

— Страшно! — сказала Зоя.

Я повернулся к ней и увидел, что она сидит с выпученными глазами. Видимо, она захотела взглянуть на трансформацию, и та произвела на неё сильное впечатление.

— Да, с непривычки, конечно, шокирует, — стараясь говорить как можно легче, произнёс я, — но как я и говорил, ребята хорошие. Ведь твой дар тоже не все готовы положительно воспринять, но это просто потому, что они не знают, какой ты замечательный человек!