— Ты чего? — спросил Роман.

— Не знаю, — честно призналась девушка, — но чувство такое, как будто что-то хорошее закончилось!

— Да, сильно тебе досталось! — сочувственно сказал Роман, списав происходящее с сестрой на посттравматический синдром.

Поскольку девушка была совершенно голой, а куртка не могла укрыть её целиком, она сидела, спрятавшись за братом, и когда хотела что-то сказать, выглядывала из-за его плеча. Вот и сейчас снова показалась её голова с нечесаными волосами.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Алик! — сказал я.

— Я Вика, — представилась она.

— Очень приятно! — сказал я, — мы с Романом уже немного познакомились, но он не очень разговорчивый.

— Да, — улыбнулась Вика, — он просто очень осторожный, потому что всё время чувствует ответственность за меня. Такой лапа!

— А ты не очень осторожная! — раздражённо сказал Роман, — не нужно с ним много говорить. Мы вообще не знаем кто это! Вдруг его специально подсадили, чтобы за нами наблюдать?

— Мы же его в лесу нашли! — удивилась словам брата Вика.

— Ну, это я так, к примеру! — слегка смутился Роман, — всё равно он чужак! Не стоит с ним слишком откровенничать!

— А что я такого наоткровенничала? — возмутилась Вика, — имя своё сказала?

— Имена наши я ему уже сам сказал, а больше ему знать не надо! — жёстко сказал Роман.

— Ага, значит, тебе можно разговаривать, и моё имя незнакомцам сообщать, пока я без сознания валяюсь, а мне нельзя? Что за правила такие? — ещё больше возмутилась Вика.

— Ребята, агрессию нужно направлять не друг на друга. У вас есть для этого хорошие мишени! — сказал я.

— Вот видишь? — сказала Вика, — человек дело говорит! А ты всё ко мне цепляешься!

— Ты просто слишком контактная! — насупился Роман и замолчал.

— А что, это плохо? — с вызовом сказала ему сестра.

— Бывает, что плохо, бывает, что хорошо, — влез я в их разговор, — нужно на ситуацию смотреть. Просто нужно думать, когда, что и кому говоришь. Со мной можно разговаривать! — и я расплылся в улыбке.

— Вообще-то, тебе должно быть не до веселья! — взглянув на меня через плечо, сказал Роман, — с нами-то всё понятно. Нас пытаются выдрессировать. А вот что с тобой будут делать, когда вытащат из головы всё, что им нужно, это уже большой вопрос. Так что я бы не с нами дружбу пытался заводить на твоём месте, а думал, что дальше делать!

— Ну в твоём случае эти размышления, похоже, не помогли, — сказал я, — раз ты до сих пор здесь. Может быть, моя тактика сработает?

Роману не понравилось, как я его поддел, он злобно на меня взглянул и снова отвернулся, решив не продолжать разговор.