Сельвана интересовало все. Он, получив назначение, быстро прибыл в Севастополь. Да, он подтвердил, что мы друзья, даже извинился все все, что будет. А потом начал… Был тот момент, когда я понимал: все правильно делает. Но все равно хотелось нахрен послать.

А потом, у меня же в штабе, Сельван созвал Военный Совет.

— Господин генерал-майор, почему вы не используете пушки собственной конструкции в должной мере? Вот здесь и здесь, — Сельван указал на места на карте, разложенной на огромном столе. — Орудия могут добивать до вражеских позиций.

Нет, генерал-лейтенант Сельван не упрекал меня в бездействии. Он искренне интересовался, почему я, явно будучи прекрасно осведомлённым о том, какими техническими характеристиками обладают созданные при моём участии орудия, не уничтожают ряд вражеских позиций. Ведь я мог бы поставить всего три орудия напротив позиций противника и методично сметать их «шабаринками».

— Прикажете, ваше превосходительство, непременно буду это делать. Но имею соображения, что неприятелю нельзя показывать все наши возможности. Они и так должны быть в растерянности. С одной стороны, когда была устроена засада на вражескую кавалерию, то дальнобойные орудия были использованы почти в полной мере. Но у неприятеля должен возникать вопрос, почему мы это не делаем сейчас, не сносим их оборонительные укрепления, которые должны попадать в зону обстрела, — объяснил я свои соображения. — Пусть враг будет удивлен после, когда это будет более всего необходимо.

— Я подумаю над вашим объяснением, — задумчиво сказал генерал-лейтенант Сельван, назначенный исполняющим обязанности командующего обороной Севастополя.

Что может подумать враг, анализируя совершённую двадцать дней назад дерзкую русскую операцию? Ту, где мы уничтожили большую часть английской кавалерии и немалого количества вражеской пехоты?

Либо то, что они что-то не учли, не заметили, как пушки были подведены ближе. Или то, что временно были сняты дальнобойные орудия с наших кораблей для осуществления такой операции. Ведь не могут они не знать чем именно крушил турецкий флот Нахимов. Вражеское командование должно было проанализировать и от чего англо-французская эскадра потерпела поражение в морском сражении за Одессу.

Могут подумать они и о том, что мы используем какие-то новейшие боеприпасы, число которых крайне ограничено. Наверное, именно поэтому некоторые позиции врагов расположены в самой близости от наших укреплений, они могут ждать этой атаки, чтобы после понять, с чем именно имеют дело.

— Может, вы и правы, генерал-майор, — после некоторой паузы, взятой на размышление, ответил Сельван. — Пока они будут думать, какими мы обладаем возможностями, мы сможем подготовить ещё одну атаку. Между тем, вице-адмирал, расскажите нам, какие планы по действиям русского флота?