Всё это произошло за какие-то доли секунды.
— Свои не подглядывают и через камины не шастают! — огрызнулась, потирая лоб, нянька княжны.
— Я не подглядывал! — взвыл коротышка, пытаясь наблюдать, как над глазами растёт шишка. — Просто хотел убедиться, что пришёл, куда надо!
— Да? А кто довольно присвистнул, глядя на княжну? Скажешь, не ты?
— Да… Чтобы я… да как можно!.. Да это из вентиляции свистело! Да я вообще не на княжну смотрел, а на оркессу!
Лакросса отреагировала мгновенно. Прищурилась, сжала шоколадные губы, что те побелели, и хрустнула костяшками, разминая кулаки.
— Что ты сказал? На кого ты там пялился? — процедила она с таким угрожающим холодком в голосе, что у меня аж волосы на затылке поднялись.
Нет, я мог понять любознательного коротышку: Лакросса девушка весьма и весьма привлекательная. По её фигуре можно анатомию мышц изучать! И желательно совместно… Но если я не вмешаюсь, тут точно завертится смертоубийственный балаган.
— Так всё, хватит! — встал я.
В комнате повисло тяжёлое молчание, все уставились на меня. Первой нарушила тишину Тамара Петровна. Она тяжело выдохнула, густо покраснев:
— Срам свой прикрой, бесстыдник!
Опа. Опа-па. Ну а что они все хотели? Я молодой, сильный и красивый, а ещё неделю без секса. Конечно, с утра у меня организм действует абсолютно логичным образом. Проверяет работу всех систем, так сказать.
— Что вы вообще тут делаете, Тамара Петровна? — возмутился я, но штаны надел. — И ты, Мортон? Не мог в дверь постучать, как все нормальные люди? Или у гномов это не принято?
Мортон насупился и ничего не ответил. Предпочёл смотреть на прожжённые дырки в одежде.
— Слежу, чтобы никто себе ничего лишнего не позволил! — погрозила пальцем Тамара Петровна.
— Да вы же меня знаете уже! Я княжну пальцем не трону.
— А я и не сказала, что тебя имею в виду.
— А? — не сразу понял я. А Василиса сделала вид, что у каменной стены над камином очень интересный узор. — Ну так забрали бы её.
Угловатое лицо няньки скривилось:
— С тобой ей безопаснее. Пока что.
— Тамара Петровна, ну что вы так… — княжна подошла к ней и обняла. — Просто Коля тоже студент, поэтому оказался рядом. А потом действовал, как настоящий мужчина. В этом нет вашей вины.
— Прекрати, девочка, — гувернантка отстранилась с грустью в стальных глазах. — Твой отец дал мне совершенно чёткие указания, а я подвела его. Свою вину я могу искупить, только когда представится шанс.
Василиса вздохнула и покачала головой, взглянула на меня и пожала плечами. Да, Тамара Петровна женщина железная и несгибаемая. Допустила оплошность, которую и оплошностью-то назвать нельзя, но она будет себя винить, пока не исправится. Что ж, её дело. А меня больше беспокоил визит Мортона. Что ему надо?