Вид княжны, которая ещё где-то и повязку на глаз раздобыла, был столь грозен, что я заржал. А со мной и все остальные. Даже связанная Метельская. И нет, её смех не был связан с тем, что я щекотал ей пятки. Она же пленница! Значит, надо её пытать. Обычно ещё вопросы задают, но сейчас не тот случай.

Проснулся жёлтый монстрик и с любопытством огляделся вокруг. Возле корзин с золотыми яйцами нос к носу столкнулся с Лютоволком. И между ними проскочила искра. В буквальном смысле. Альфачик аж подпрыгнул от неожиданности и чуть не вылетел за борт. Судно сильно качнуло, и княжна почти выпала за борт, но Лиза успела её поймать.

— Уф, похоже, воздушное пиратство — это не моё, — покачала мокрой головой Василиса, сняв треуголку.

Я заметил ещё несколько гнёзд с золотыми яйцами внизу и дал команду спускаться. Затем вынул кляп изо рта шатенки.

— Может, тебя развязать? — спросил Метельскую.

— Не-а, — мотнула она головой. — Броков держит мой род в заложниках. Пусть думает, что я твоя пленница. К тому же вы вроде с пленниками неплохо обращаетесь.

— Ну как скажешь, — пожал я плечами, снова заткнув ей рот кляпом. — Желание такой красотки — для меня закон!

— Ммпфммф! — ответила она, всем видом показывая, что не договорила.

Снова вытащил кляп.

— Спасибо, — улыбнулась она, покраснев. — Вот только… Я в туалет хочу.

— А чего на дирижабле не сходила?

Она наморщила свой милый носик.

— Броков на туалет очки тратить зажопился. Ну и не подумала как-то. Меня, кстати, Нина зовут.

Я представил себя и остальных.

— Вот, — кивнула она и подмигнула, — теперь тебе, Дубов, будет не так неловко меня за борт вывесить. Всё-таки не чужие люди.

Я аж глаза раскрыл от такого предложения.

— Может, всё-таки тебя развязать? Отлетишь в своём вихре подальше и…

— Нет-нет-нет!!! — хором запротестовали все четыре девушки.

А я понял, что сказал.

— А, ну да. Так себе золотой дождь получится. Ладно, так и быть, помогу.

— Только обещай не смотреть! — смутилась Нина. — Я бы потерпела, но не могу больше…

— И в мыслях не было.

Я развязал ей руки и ноги и дал свою ладонь, чтобы она за неё держалась, когда будет свою пятую точку вывешивать за борт. Затем послышался звук снимаемых штанов, а потом… Не стану рассказывать, потому что неприлично. Скажу только, что, когда девушка закончила свои дела, снизу раздался крик:

— Суки!!! Я до вас доберусь!

Мы кинулись к борту — даже Лакросса выпустила парус, чтобы посмотреть, — и выглянули вниз. Там серел дирижабль всё того же Брокова с мокрым пятном на серой обшивке. Оно блестело на солнце, стекая вниз.

— Блин, теперь ещё и опустили княжича… — почесал я голову.