— Но ты же справился? — не унималась Палкина. — А вдвоём ещё легче было бы. Просто признайся, что пожадничал и не стал делиться энергией дохлой суккубы.

— Будь ты рядом, то кабзда пришла обоим нам. Поверь, эта не та битва, где напарник твоего уровня будет полезен. Что до энергии… Верочка, ты слышала предсмертный вой суккуба?

— Откуда? Я лишь знаю нём.

— Ты его не выдержишь.

— Но ты же выдержал?

— Потому что… Хочешь, взломаю твои ментальные блоки? — предложил я упрямице.

— Ну, давай! — гордо вскинув подбородок, согласилась девушка. — Интересно, как быстро ты сдашься и признаешь, что я не такая и замухрышка, как ты тут нарисовал!

—Чах, проучим немного упёртую красотку? - мысленно обратился я к наумбу.

—Мне лень. Сам давай.

— Я? Кажется, из нас двоих ты в этом деле мастер.

— А ты попробуй. Представь ощущение, когда считывал инфу с тварей.

— Тогда я серпом пользовался. Убивать Веру в мои планы не входит.

— Значит, вначале представь серп, потом всади его проекцию в Верку и получай доступ.

— Выйдет ли?

— А я почём знаю? Но чувствую, что твой уровень теперь позволяет копаться в чужих мозгах. Не сильно пока, но кое-что выудить сможешь.

Поняв, что наумб мне не помощник, решил воспользоваться его советом. Представив серп, направил его в грудь Палкиной, глядящей на меня с саркастической улыбкой. Получилось! Дальше, мысленно скользя по серпу, внедрился в Верино сознание и уткнулся в стену. Решив особо не мудрить, снова представил серп и расколол им препятствие.

То, что увидел за ним, мне совсем не понравилось. Картина, как Палкина закапывает мой труп в горе из мусора, вывела из равновесия. Потеряв от возмущения концентрацию, выпал в реальность, разорвав ментальную связь с этой внучато-императорской сволочью.

— Ну ты, Верка, и гадина! — с чувством произнёс я, как только прекратился контакт.- Спасаешь её, холишь и в приличных местах лелеешь, а в ответ, значит, на свалке меня похоронить хочешь, мусором закидав. Нет! Ну я ещё понимаю желание грохнуть! По отношению друг к другу оно у нас возникало не раз! Но свалка⁈ Обидно, однако…

— А? Чего? — пробормотала она, ещё до конца не отойдя от ментальной атаки.

Но потом наконец-то до Палкиной допёрли мои слова, и она не просто не побледнела, а побелела до состояния мраморной статуи. И поза тоже соответствующая: словно неожиданно попала под взгляд Медузы Горгоны и замерла с приоткрытым ртом и слегка приподнятыми руками.

Потом цвет поменялся, и Верка превратилась из статуи в замечательного ростовского варёного красного рака. Хоть прямо сейчас к пиву подавай! Понятное состояние для той, которая хранит секрет своего очень непростого происхождения.