Аристарх ухмыльнулся.

— Да, Ястребов, в жизни ты точно такой же, как мне и говорили. Наглый и недальновидный! Природа наделила тебя огромным Даром. Но твоя сила застилает тебя взгляд и мешает видеть очевидное…

Его слова заставили меня насторожиться.

То, как он себя вёл, как держался, — всё это было очень подозрительно.

Он пытался скрыться в портале, но когда его планы приказали долго жить, очень быстро успокоился. Аристарх выглядел не как загнанный в безвыходную ловушку зверь.

А как хозяин положения, знающий, что ситуация находится под его полным контролем.

— Ваше Величество, осторожно!

Всеводод ничего не успел сделать.

Аристарх щёлкнул пальцами. В то же мгновение на стенах, полу, потолке, даже на письменном столе и дверце шкафа появились Печати Ланцова.

Я ощутил, как теряю контроль над собственным телом, а на плечи ложится свинцовая тяжесть.

Разорви меня дракон… Да он же устроил очередную ловушку! И не где-нибудь, а в собственном кабинете!

Как же он сумел их спрятать? Такие сильные Печати крайне сложно скрыть…

В глазах плясали кровавые звёзды, но я всё равно огляделся по сторонам.

А, так вот в чём дело!

Посреди потолка сияла Руна Сокрытия. Одна из самых сложных Рун в дневнике Ланцова. Если выстроить все остальные Печати в правильном порядке вокруг неё, то их сила будет надёжно скрыта от посторонних глаз.

Ровно до того момента, когда они начнут действовать…

— Ты хоть понимаешь, что творишь⁈ Ты поднял руку на Императора! — Всеволод шагнул вперёд. — За это положена…

Он не договорил.

Ноги Его Величества подкосились, и он с грохотом свалился на пол.

Я пока держался на ногах, но на то, чтобы атаковать или хотя бы сделать шаг, речи не шло.

Всё, что я мог, — это стоять.

Впрочем, Аристарху было ничуть не легче.

Разумова мотало из стороны в сторону, его колени ходили ходуном, руки тряслись мелкой дрожью.

На ногах он держался только благодаря тому, что мёртвой хваткой вцепился в стоящий перед ним стол.

Теперь я всё понял.

— Печати действуют и на тебя, верно? Ты умрёшь здесь вместе с нами!

— Это так. Но смерть будет славной! — Аристарх улыбнулся. — Я не сдамся без боя, не сдохну, вопя о пощаде. Нет! Я войду в историю как человек, который убил Императора! Обо мне будут писать книги и снимать фильмы! Я никогда не буду забыт…

— Ты мог войти в историю как умнейший человек Империи. А войдёшь как маньяк и убийца. Грандиозное достижение!

Аристарх поморщился. Он явно ожидал другой реакции.

Он хотел чем-то меня задеть. Нанести напоследок сильный удар…

И он придумал, как это сделать.

— Кстати, Ястребов, я должен кое в чём признаться… Ты ведь так и не понял, кто велел Лидеру похитить Черепаха? Так вот, это был я!