И его лицо. Спокойное и уверенное. Лицо воина, которому тысячи бойцов доверяли собственные жизни.

Вернувшись из воспоминаний, я ответил:

— Героем своего народа он оставался ровно до того момента, пока не убил королеву и не замыслил мятеж против новой королевы — Ваартирии. После этого он стал предателем и радикалом.

— И после этого его убил ты? — задумалась Азалия.

Она повернулась ко мне полностью и спросила:

— Почему ты вообще вмешался в гражданскую войну Этараксийцев? Всё же они один народ, а ты совершенно другой.

Я усмехнулся и прошёл вперёд, подходя к капитанскому креслу. Остановился слева от него и положил ладонь на высокую спинку.

— Цоорт думал точно так же, как ты сейчас. Он считал, что люди и Этараксийцы не должны идти одним путём. Считал, что однажды человечество предаст их народ и все остальные народы.

Азалия тоже усмехнулась за моей спиной.

— Так выходит, что все его слова оказались пророческими? Люди и правда стали для них не самыми лучшими союзниками.

На это я ничего не ответил. В голове снова появились картины прошлого.

Сражения легендарных воителей человеческой расы, Альвов, Этараксийцев и других народов, которые оставались более малочисленными или находились значительно дальше от нашего пространства.

Именно сражения плечом к плечу. Но ближе всех друг к другу всё равно держались люди и Этараксийцы.

Мы сражались рядом и закрывали слабые стороны друг друга. Там, где человеческим практикам не хватало скорости, вперёд выходили Этараксийцы, сметая врагов также и своей природной мощью. Там, где противник прорывался через их построения, удар принимали Альвы. Когда не хватало числа, люди заполняли фронт, создавая новые отряды.

Мы не просто охраняли этот мир. Каждый из нас понимал, что нам нечего в нём делить. Галактика куда обширнее, чем кажется. Места в ней хватит всем…

— Ты так говоришь, потому что ещё слишком молода, — спокойно произнёс я. — Для тебя существует лишь твой закрытый мир. Другого, более открытого, ты не видела.

Азалия перестала усмехаться, а я продолжил:

— Слова Цоорта не являлись пророческими. Его желания оказались извращены собственной гордыней. Этараксийцы — великие воины. Всю свою историю они сражались с тварями из тьмы и благодаря этим сражениям стали невероятно сильными и умелыми.

Я провёл ладонью по спинке кресла, чувствуя под пальцами едва заметные остатки старой энергии.

— Но после контакта с человечеством одни начали сотрудничать с другими. Появилась взаимовыручка и помощь. В результате Этараксийцам почти не приходилось сражаться в одиночку. У них появились союзники, способные и готовые прикрыть слабые стороны и разделить потери.