— Вы тут, в Китайской империи… — я на мгновение остановился, будто оговорился. — Ой, прошу прощения, в некогда существовавшей Китайской империи, как погляжу, совсем не гнушались подобных методов. Даже собственных детей отправляли в разломы.

Она снова криво усмехнулась.

— Можешь говорить всё, что захочешь. Блажен тот, кто не ведает.

— Блажен тот, кто не ведает… — повторил я, прокатывая фразу на языке, а затем тихо цокнул. — И правда хорошее выражение…

В этот момент мне захотелось схватить её за шкирку, телепортировать на дирижабль и переместить к одному из городов, где орудие душ уничтожило миллионы людей.

Потом ткнуть лицом прямо в тёмную энергию, которая разъедала землю, и повторить ей её же слова.

Вот только Суворова пока нужна. С ней ещё должен поработать менталист. Да и не думаю, что дядя, несмотря на всю ненависть и боль, захочет смотреть, как я поступаю с его матерью подобным образом.

Поэтому пусть пока живёт.

— Знаешь, информация, которую ты поведала ранее, действительно очень полезна, — продолжил я. — Теперь я хотя бы окончательно убедился, что этот разлом нужно запечатать.

— У тебя ничего не выйдет, — её улыбка стала шире. — По крайней мере, пока там находятся мои дети. Да и ты не знаешь временную амплитуду. Никто тебе её не скажет, потому что о ней знали лишь несколько человек. — Суворова чуть откинула голову к стене. — И пока ты станешь искать этих людей среди всего дворца, поверь мне, пройдёт очень, очень много времени.

— Ладно, — всё так же спокойно кивнул я. — Вот только ты неправильно меня услышала. Я не закрою разлом, а запечатаю его.

Её улыбка замерла, я же продолжил:

— Или ты думаешь, что разломы можно только закрывать? Думаю, сейчас сильно тебя огорчу. Если знать как, то на любой подобный проход можно наложить печати. — Глядя на неё, уже я усмехнулся. — В любом случае спасибо за информацию. Теперь я точно убедился, что именно так и нужно поступить. Может, у тебя есть ещё что-нибудь интересное для нас?

Суворова молчала. Она всё так же продолжала улыбаться, но теперь улыбка выглядела более натянутой, чем искренней. Значит, мои слова она восприняла всерьёз.

Но да ладно… Позлорадствовать ещё успею. Сейчас нужно заняться делами.

Я начал задавать ей вопрос за вопросом, однако Суворова продолжала молчать. Лишь иногда чуть поворачивала голову на звук моего голоса, сохраняя на губах раздражающую усмешку.

К сожалению, выяснилось, что нормального разговора без менталиста у нас с ней не получится. А единственный известный мне специалист сейчас находится в столице Российской империи.