Весь лагерь был абсолютно безмолвен.

Они молятся…

Приглядевшись, увидел невидимую обычным зрением энергетическую сеть, сковывающую их энергоструктуры.

Тонкие нити тянулись от шеи каждого человека в сторону одной точки, расположенной в центре лагеря. Там стоял китайский высший. Пожилой мужчина в тёмном боевом одеянии, со скрещёнными на груди руками и хмурым взглядом, устремлённым в сторону фронта.

Все кусочки вмиг сложились в одну картину, и пришло понимание ситуации, а также смысла такой бездарной обороны.

Ублюдки… Так использовать собственный народ!

Во мне начала подниматься ярость, но я тут же задавил её и телепортировался вниз.

Высший даже не успел ничего понять, как я одним резким движением меча разрубил его пополам. Лезвие прошло слишком быстро, чтобы он успел поставить щит или хотя бы вскрикнуть.

Две половины тела начали падать в разные стороны, опадая на землю мясом и кровью.

Энергетическая связь тут же разбилась, и из-за этого я не остался незамеченным.

Люди в лагере, тысячи женщин, детей и стариков, замерли, а затем обернулись, посмотрев на меня.

Поначалу в их взглядах читалось лишь непонимание, затем узнавание. После — страх. И только потом… надежда.

Они всё так же держали руки у груди, сжимая их так сильно, что белели костяшки и пальцы, а затем все они начали медленно идти ко мне, стараясь не делать резких движений.

— Господин… — тихо молила со слезами на глазах одна женщина.

— Просим вас… — вторила ей другая.

— Не убивайте наших мальчиков… — говорил кто-то третий.

— Не убивайте детей…

— Их заставили…

— Их заставили пойти на эту атаку…

— Умоляем…

Шёпот тысяч женщин, детей и стариков сливался в один.

Вот что я слышал в зове. Мольбу о помощи.

— Господин, просим…

Рыдая, они падали на колени и тут же упирались лбами в землю. Где-то земля была грязной, сырой, истоптанной ногами, но никого это сейчас не волновало.

— Умоляем, господин, смилостивьтесь над ними…

— Мы готовы на всё…

— Мы будем вам служить…

— Мы сделаем всю грязную работу…

— Только, пожалуйста, не убивайте наших мальчиков…

Слыша этот всё сгущающийся шёпот и видя детей, которые тоже шептали мне мольбы о том, чтобы я пощадил их братиков и отцов, я наклонился к одной из девочек.

Она смотрела на меня огромными глазами, полными слёз. Её руки дрожали, а губы шевелились, но слов уже почти не выходило.

Я положил ладонь ей на голову и произнёс:

— Всё будет хорошо… Мы обо всём позаботимся.

И тут же телепортировался прочь.

Тварь!!! Этот никчёмный ублюдок!!!

Явно, чтобы выиграть себе время, решил использовать самых слабых практиков для первой ударной линии! Наверняка каждый дирижабль начинён взрывчаткой! А вся эта «сцена» сделана только для того, чтобы мы расслабились! Чтобы потом не заметили настоящий удар со стороны!