— Из деревни кто-то в сторону замка поскакал. — доложил подъехавший от головы колонны лейтенант Леонард, тот самый красавчик, что повсюду старается сопровождать полковника Неллерскую. — Прикажете догнать?

Мы проезжаем небольшое село — крупнее Монастырки, сильно меньше Гутово — принадлежащее барону Николасу Кормансу, нашему западному соседу. Он тоже готовится к осаде, и в деревне почти не осталось скотины, как и сельхозинвентаря.

При подъезде нашего отряда попрятались и крепостные, лишь староста с парой помощников трясётся от неизвестности в середине лобного места, где столб для порки и виселица с петлёй, ни первый, ни вторая сегодня не используются.

— Догнать? — приподняла брови Агния, чуть натянув поводья. — Ради того, чтобы предложить схватить гонца к барону, ты бросил авангард? Пусть местный владетель узнает, что отряд королевской кавалерии движется на север. Нам-то с того что? Возвращайся в голову колонны. Не ожидала от тебя, лейтенант, таких несерьёзных вопросов.

Он и сам поди от себя не ожидал. Раньше такого бы не сделал. Видимо, ищет любой повод, чтобы напомнить о себе. Тут ведь не просто любовный треугольник, а целый квадрат вырисовывается. Вон, как Леонард зыркнул на едущих сразу позади меня и маркизы Карла с Игорем. Если бы взгляды могли убивать, те оба уже свалились бы трупами.

До дуэлей дело не дошло и вряд ли дойдёт. Моя сестрица ведь не обычная дворянка. Маркиза Неллерская сама решает, кого к себе приблизить, кого отдалить, а попытка самовольно на это повлиять со стороны кого-либо из претендентов может им дорого стоить.

Лейтенант, побледнев, кивнул и погнал коня в авангард.

Вокруг расстилались живописные места. К сожалению, довольно длинный участок тракта — мили три-четыре — пришлось проделать мимо сельскохозяйственных полей, пастбищ и лугов. Я жутко взопрел, поэтому, когда отряд вновь въехал под сень дубрав, испытал большое удовольствие.

Ещё через два часа мы достигли неширокой, но глубокой реки, где решили встать на обеденный привал.

Капитан Василий Иткурский, сорокалетний баронет, командир сотни, временно оставшийся без половины своих подчинённых, распределённых по другим подразделениям полка, поехал разговаривать с паромщиками. Определяться со стоимостью перевозки.

Удивительно, но это факт, к имущественным и финансовым правам подданных кранцевской короны со стороны любого уровня власти весьма серьёзное отношение.

Даже своё войско не может заставить паромщиков переправлять себя бесплатно, как и требовать с торговцев снабжения припасами. Другой вопрос, что чаще это делается за долговые расписки, которые потом для бедолаг-коммерсантов довольно долго и нудно обналичивать. Замучаешься пороги отделений казначейства обивать.