— Милорд! Милорд! — крик чуть ли не прямо в ухо.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Вот ведь сколько ни тренировался создавать плетения в условиях, максимально приближенных к боевым, да и собственно сам опыт военного применения магии имею уже не малый, пусть и не как у сестрёнки Агнии, но когда вот так истошно совсем рядом в мою сторону кто-то завопил, то всё, моя работа закончилась. Я ещё пытаюсь по глупости удержать шустро расползающиеся и растворяющиеся в эфире энергетические жгутики, только это бесполезно. Убью сволочь, кто меня вывел из равновесия.

Взором, совмещающим в себе сразу и магическую, и обычную составляющую, мутным поди как бутылочное стекло, смотрю вокруг. Карл? Не он. Он сам ошарашен и смотрит куда-то в небо. Как и Сергий туда уставился. Чего это они? Тоже смотрю вверх.

Чёрт! Булыжник! Из точки превращается в теннисный мячик, а вот уже в волейбольный, а вот в баскетбольный, да он же прямо мне на голову летит! Мне конец. Мама. Да он же мне прямо на голову. Он? Нет, она, в смысле скала. Ну, так мне со страха кажется.

Господи, Создатель мой, сколько же сумбурных мыслей может пронестись в сознании перед смертью. Что, Степан Николаевич, уж теперь-то в темноту забвения? В рай? В ад? Или подарят ещё одно перерождение.

Сильный толчок от метнувшейся ко мне тени в грудь, сбивающий с ног, я валюсь, нет, рухаю на спину мешком картошки, ощущаю тяжесть навалившегося на меня тела, боль от падения по всей спине и тут же громкий звук упавшего на нас обоих — меня и того, кто прикрыл — валуна. Треск ломаемых рёбер и потеря сознания следует мгновением позже, успеваю при этом лишь услышать свой истошный вопль от невыносимой боли в груди.

— Степ!

Надо мной лежащим стоит на коленях друг Карл, в кулаке у него кулон с амулетом полного восстановления.

— Что это было? — спрашиваю.

Сегодня, кажется, я поставлю рекорд по глупым мыслям и вопросам. И так понятно, что попал под снаряд катапульты, вряд ли её выстрел был прицельным, этот вид местной артиллерии точностью не отличается, но и от случайного попадания ничуть не легче.

— Ох, едва успел. — облегчённо выдохнул вассал. — Если бы не Иван, тебе бы голову расколотило как орех, и тогда всё. Давай его труп с тебя снимем.

Только сейчас понимаю, что до сих пор придавлен своим верным собирателем несчастий. Его голова неестественно вывернута у меня на плече, а тело перебито почти в середине позвоночника, и кровищи вокруг выплеснулось, просто жуть. Чайка не только убрал мою башку с траектории снаряда, но и принял на себя основной его удар.

Эй, погодите. Труп? А мне послышался слабый хрип. Где там ещё один амулет полного исцеления? У нас же их четыре — два у меня и по одному у Карла и Алисы, я запасливый, и времени на создание жизненно важных оберегов не пожалел.