За кафедрой, перед высокой статуей создателя стоит, опустив голову и сложив руки на груди, виконт Андрей Торский. Напомнил мне Наполеона с какой-то картинки. Треуголку ему, и вылитый бы Бонапарт получился. Позой разумеется, а не фигурой. Вице-канцлер строен как кипарис и довольно высок. Сумел вырваться из дворца, за что ему отдельное спасибо.

— Не волнуйся девочка. — медоречиво говорит подошедший у нам милорд Неллеский, заметив, как Берта вцепилась в мой рукав побледневшими пальчиками. — Я сам проведу церемонию, и ничего сложного в ней нет. Просто прочитаешь громко вслух, что написано в лежащем там свитке, выслушаешь виконта Торского и дважды громко скажешь «клянусь».

Рансбур, особняк виконта Сергия Оланского, в это же время.

Хозяин дома сидел, вальяжно развалившись в кресле. С небольшого золотого блюда, на котором лежали две виноградные кисти тёмно-красного и ярко-зелёного цветов, он отщипывал по одной ягоде и неспеша ел, внимательно и с сочувствием слушая оправдания переминавшегося перед ним на ковре с ноги на ногу худощавого молодого мужчины тридцати лет.

Самому виконту Оланскому недавно исполнилось сорок два, хотя ему иногда казалось, что прожил вдвое большее количество лет. Наверное, если измерять срок жизни не годами, а событиями, так оно и было. Сергий посмотрел на стоявшего за спиной молодого мужчины сутулого верзилу, и тот подобрался, поняв, что вскоре ему предстоит сделать то, что должно. Стоявший на ковре взгляд хозяина кабинета заметил, нервно оглянулся и заговорил быстрее:

— Этого выродка точно кто-то предупредил, господин. Нас предали. Он знал! Клянусь. Знал и про засаду, и про её место и время!

— Неужели, Альберт? Наверное так и есть. — понимающе кивнул виконт. — Ведь во дворце двое — сам король и его начальник тайной службы знали о том, что ты должен выполнить. Ну, может, ещё двое — казначей и начальник секретариата — могли догадываться. А ведь все эти четверо испытывают огромную симпатию к Неллерам, вот и поспешили предупредить их о твоей засаде. Ведь так же?

— Нет, не они, но…

— А кто же тогда? — сидевший в кресле мужчина отбросил ягоду назад в блюдо. — Все остальные, кто знал о предстоящей работе — это были твои люди. Те, кого ты подбирал и за кого отвечаешь. Ведь так?

— Да…

— Вот видишь, Альбертик. И что тогда получается? Получается, что вина-то всё равно на тебе. И отвечать за провал, очередной твой провал, должен ты. Согласен? Наверное, поэтому хотел пуститься в бега?

— Нет, господин, я…

И на этот раз он не смог договорить. Только не потому, что его опять перебил хозяин дома. Повинуясь взгляду виконта Оланского, стоявший у двери верзила удивительно бесшумно и быстро подошёл к молодому мужчине, накинул ему на шею тонкую удавку и мгновенно её затянул.