— Спасибо, что не сожрала, — искренне поблагодарил я.

Зная Лихо, она с испугу могла что-нибудь такое натворить…

— Лучше скажи, как она тебя увидела, — решил я перевести разговор в мирное русло, видя, что Юния уже открыла рот, чтобы прочитать мне гневную отповедь.

— Я не знаю. Обычно чужане меня с-с-с… чувствуют. Ну, знаешь, упадок сил, депрессия или сплин.

— «Сплин» — хорошая группа, — поддакнул черт.

— Митя! — почти одновременно гаркнули мы, отчего волосатая смуглая нечисть покраснела.

— В общем, не с-с-с… знаю, что произошло.

— Да известно что, — материализовался рядом бес. — Столько лет тебе, а таких прописных истин не знаешь. Тоже мне, Лихо…

Видимо, он давно хотел включиться в наш разговор, но все же опасался справедливого возмездия за свои намерения в отношении Зои. Однако его так распирало, что терпеть больше не было сил. Еще бы, в кои-то веки сведения Гриши могли оказаться такими важными.

— Хист — он же вроде живого существа. Ежели его развивать, он растет, обзаводится рубцами и все такое.

— Гриша, давай ближе к… делу, — попросил я.

— Вот ты со своей Зоей часто общался, с ее промыслом соприкасался. Ну, я в иносказательном плане, а не то чтобы ты ее…

— Гриша, я понял. Ну так что?

— Ну вот ты ее хист и «заразил». Это как с венерическими болезнями, хозяин. Порой бог может долго уберегать, а иногда достаточно и одного раза.

— А еще печать на нее с-с-с… повесил, — поддакнула Лихо.

— Получается, если рубежник с чужанином долго взаимодействует, то у последнего вырабатывается что-то навроде иммунитета к магии.

— Иммунитет — это ты громко сказал, — махнул рукой бес. — Но что-то видеть чужане начинают. Вот, к примеру, взять ту же Наталью. Хорошая девка такая, все при ней…

— Гриша!

— Ну так вот, я и говорю. Она у Травницы давно служит. Так или иначе, что-то да видит. Может, не все, конечно.

Я облегченно выдохнул. Когда бес завел речь про приспешницу Инги, у меня родилось нехорошее чувство. Будто он хотел намекнуть о нашей с ней связи.

— Ну, еще и то, что ты ее пользуешь, — продолжил Гриша. — Тоже свой отпечаток должно оставить.

Видимо, у меня все эмоции отразились на лице. Потому что бес ойкнул и опять исчез. Правда, уже приглушенно добавил:

— Я разве против? Если по доброй воле, не по принуждению, кто слово дурное скажет?

Явно залез в какой-то шкаф. Более того, Лихо почему-то тоже поторопилась оправдаться:

— Я это, им про с-с-с… Наталью ничего не рассказывала.

— Все, эту историю мы сейчас берем и забываем, — сразу обозначил я. — Если кто в присутствии Зои начнет трепаться, оторву рыжую бороду. Теперь хотя бы понятно, что к чему. Ладно, Юния, давай буди спящую царевну.