Носомоты, вдохновленные историческим реваншем Франции над Германией, встретили такса радостным воплем: «А ну-ка, иди сюда!» Рыжий такс тараном влепился в носомотью стаю, он вам не какой-нибудь там невоспитанный овчарка, а настоящая норная собака, которая задалась целью истребить жирных барсуков Носомотов. Рыжий такс явно считал, что таких собак, как Носомоты, не бывает, скорее всего, они только что вылезли из нор.
Носомоты вам тоже не какие-нибудь слабаки, они природные крысоловы, и наверное, усматривали в рыжем таксе разновидность грызуна. В общем, обе стороны собирались вступить в эпическую битву, но тут прибежала хозяйка рыжего такса, и ухватила его на руки. А я утащила Носомотов. При этом мы обе хохотали, потому что зрелище было великолепное.
И Носомоты, и рыжий такс были ужасно разочарованы. Но они на собачьем языке пообещали друг другу, что еще встретятся на узкой дорожке.
Носомоты и провожание
Носомоты приветствуют и провожают всех по-разному, и на каждое время суток у них свой ритуал.
Рано утром, когда уходят муж и сын, Носомоты даже не просыпаются — не царское это дело. Ну, еще летом кто-нибудь из них может выйти и сонно посидеть на кухне — вдруг от завтрака что-нибудь перепадет? А зимой нет, зимой Носомоты впадают в полуспячку.
Мужа Носомоты вообще не провожают никогда, у них свой взгляд на мужчин в жизни хозяйки. Зато когда он возвращается, Носомоты упоенно устраивают бардак: лают, носятся по квартире, скачут друг через друга. Не знаю, что они хотят выразить этим ритуалом, но смотрится безумно.
А вот если Макс уходит днем или вечером, Носомоты выбегают в прихожую, и вид у них встревоженный. Наблюдая, как Макс обувается, Носомоты собираются с голосом. Запевает всегда собака Бегемот. Он задирает голову, делает горестные глаза, и словно через силу выталкивает из горла тихое:
— Курлык-курлык…
За Максом закрывается дверь, и тут вступает собака Носорог:
— АААААААА! Гав-гав-гав! — и ломится в дверь, пытаясь ее открыть.
Некоторое время только и слышно:
— АААААААА!!!
— Курлык-курлык…
Потом Носомоты успокаиваются, а когда Макс возвращается, дружелюбно его встречают, виляя хвостиками.
Когда ухожу я, Носомоты сначала суетятся, подбегают к своей сбруе, заглядывают в глаза, как бы спрашивая:
— Хозяйка, может, нас возьмешь?
Потом, убедившись, что остаются без меня, садятся в прихожей и смотрят молча, а в глазах — вся скорбь бульдожьего народа.
— Скоро приду, — говорю я им. — Вы за старших.
Как ни странно, это действует. Но только от меня.
Когда возвращаюсь — Носомоты ведут себя солидно, показывая всем видом: они были за старших и вверенный объект охраняли. Потом ложатся на диван строго параллельно друг другу: надо их погладить одновременно. А затем еще пообниматься. Без объятий хозяйка не считается полностью вернувшейся.