— Ох, Лиззи…

— Привет, Рид, ты не видела… — тут девушка заметила сестру. — Ты еще не встала?! Тебе пора в замок, если опоздаешь, Великая Злюка тебя убьет.

— Какая еще Великая Злюка? — Рид спросонья пыталась вспомнить подобный вид нежити, но на ум ничего не приходило.

— Экономка в замке графини.

— А-а-а-а.

— Мм ... нхч в замк, — Мередит издала серию невнятных звуков. Подняться с кровати для нее сейчас само по себе было бы подвигом, а тащиться в замок и готовить. — Не в состоянии …сейчас. Подмени меня?

— Я не могу, у меня самой смена через полчаса, — Лиззи умоляюще посмотрела на Рид. Девушка тяжко вздохнула.

— Хорошо, я пойду.

— Рид, ты чудо! — Мередит приподняла подушку, благодарно кивнув полукровке, и тут же со стоном вновь спряталась от солнца.

— Не за что. В конце концов, я виновата в том, что ты так напилась вчера.

— Тебе нужно будет надеть вот это, — Лиззи указала на вещи, висящие на спинке стула: строгое черное платье и белый передник. Помимо этого, в комплект входил кухарский белоснежный колпак. Словом, это был классический костюм служанки большого дома.

— Я что, должна надеть ЭТО?! Божиня…

— Извини, — донеслось от кровати Мередит.

Нет, все-таки алкоголь очень-очень вреден.

***

Сорок шесть, сорок семь, сорок восемь... Лисаветта никак не могла сосчитать свечи центральной люстры. Какая скука! А ведь она могла наслаждаться новым изданием «Психологии» от профессора Маград. Лисаветта ждала эту книгу целых два месяца. Она уже досконально изучила прошлый манускрипт. Теперь лакей со второго этажа в курсе, что его проблемы с женой связаны с неправильным восприятием матери, а дворецкий наконец-то признал свой комплекс неполноценности. Лисаветта всегда старалась найти практическое применение знаниям психологии — правда, упрямый внутренний голос твердил, что слуги не очень-то рады вмешательству в личную жизнь со стороны хозяйки.

Сейчас Лисаветта была на балу в собственном доме. Корсет жал, как и новые туфли. Юная графиня гадала, с чего вдруг ее мачеха расщедрилась на новые наряды и буквально заставила девушку оторваться от книг и вытерпеть все эти бесконечные примерки. Сейчас на ней было то самое красное платье, и вместо ожидаемого «очень мило» она выглядела как призрак в кровавой обертке. Рубины на шее и тяжелые серьги не спасали положение: вид у нее был одновременно безумно дорогой и жалкий. То ли дело Зарина. Ее мачеха сегодня была особенно хороша: в ярко-синем наряде, так подчеркивающем цвет глаз, с темными сапфирами в волосах. Пожалуй, ее можно было назвать самой красивой дамой на балу. Зарина всегда была безупречна: прическа, наряд, легкая улыбка. Только когда она общалась с Лисаветтой, ее взгляд наполнялся таким презрением, что вся красота спадала.