— А если что-то случится?

Мэйхуа порой слишком легко ударяется в панику и накручивает себя на ровном месте, когда речь идет о ее драгоценности.

— Эта младшая готова отдать жизнь ради безопасности доверенного ей ребенка.

Фига се поднятие ставок! Удивительно, но мать принимает это громкое заверение, как должное. Так я остаюсь на попечении младшей Чу.

Та ведет меня вглубь студии, просит сесть на стульчик в коридоре перед дверью в комнату для проб. Стулья в ряд, белый пластик. Меня Чу усаживает ровно напротив входа. Помогает снять куртку, размотать шарф.

Мои конкурентки не торопятся. Впрочем, это мы прибыли раньше — хороший тон же. Появление расфуфыренной парочки из малявки и дамочки не проходит для меня незаметно. Лицо матери: надменность в девяносто девятой степени. Лицо дочери: скука смертная. Делаю вывод: конкурент не конкурентоспособен. Если девчуле самой не охота пробоваться на роль, то никакие нажатые рычаги не помогут.

Хотя… Может, эта цаца — скрытый гений. И скучно ей в коридоре, в режиме ожидания. Внутри же, перед оценивающими, кроха может резко преобразиться. А недооценка противников — первый шаг к провалу. Так что погодим с вынесением суждений.

Третья претендентка — вот это точно соперница. Появление эффектно: впереди шествует мужчина с холодными глазами. Почти как у свежемороженых рыб. За ним вышагивает яркая малышка. Ярки и внешность, и наряд. И как-то слегка тухнет гламурный блеск моих соседок (тех, что через кресло от меня устроились) на фоне этой звездочки.

В шаге за девочкой мелкими шажочками, явно подстраиваясь под короткий шаг ребенка, идет неброская китаянка в черном костюме. Я как-то сразу сомневаюсь, что она звездочке мать: по возрасту подходит, а всё остальное… на разных уровнях. Как если бы голубь ворону собрался доказать, что они братья-одногнездки.

Завершает шествие еще один блеклый мужик с неприятным взглядом.

«Телохранители?» — обдумываю версию за неимением иных. — «А не рановато ли?»

Итак, фигуры с этой стороны поля расставлены. Любопытно взглянуть теперь и на другой конец поля. Тот, где взрослые, решающие судьбы малышек. Буквально: быть или не быть кому-то из нас девочкой-куклой.

— Молодая госпожа Ли, — нарисовывается рядом ассистенка Фан(тик). — Пожалуйста, пройдемте со мной.

И указывает не в направлении судьбоносной комнаты, а дальше по коридору. Стоп, с ней же ушла моя китайская женщина.

— Меня ищет мама? — тревожно мне.

Сбоку, от расфуфырки-младшей, раздается хмык. Правда, мне как-то чхать на мнение левых пигалиц.

— Госпожа Лин еще занята в отделе кадров, — ответ не привносит ясности. — Пожалуйста, идемте.