Итак, пацанов разули. Сняли ботиночки, носочки, верхнюю одежду тоже заодно убрали. Мама Джиана возмутилась, что ее малыш простынет, поэтому у матов, застеленных тканью, стоит вьюнош с тепловой пушкой.

Дети поссорились. Не поделили игрушку. Ну, в самом деле, момент житейский, бывает. Сюда бы момент с битвой двух пылевых воинов! Никакой редактуры не надо, тот бой был прекрасен и самодостаточен.

Нет. Здесь два главных героя плюхаются на попы. Отставляют руки назад, упираются на них и на пятую точку. И начинают стукаться… ножками. Ноги вверх у обоих задраны, стопа к стопе с противником, носочек к носочку — попарно. Пяточками: тыщ-тыщ.

Драка!

Ножное тыщ-квондо, блин. Не путать с тхэквондо, кое: путь ноги и кулака в общепринятом литературном толковании, и вообще с корейского.

Так что мое появление, когда я присоединяюсь к сценке, происходит очень органично. Реакция девочки на пяточное побоище по сценарию нормальная — смех.

Мне часто говорят, что я красиво и заразительно смеюсь.

— Снято! — режиссер Ли кричит с такой гордостью, словно он — гордый отец, причем всех нас троих, и наши успехи — это и его успехи тоже. — Переходим к сцене два.

Громко щелкать нумератором возле детей мамы запретили совместным постановлением. Ассистент оператора опускает верхнюю планку нежно, словно это рука его любимой девушки. Только в конце негромкий щелчок.

Эта сцена мне нравится еще больше. Всегда хотела так сделать, но стеснялась: я же хорошая девочка. А сейчас есть веский повод: сие делается ради искусства!

Драчуны подымаются, отряхиваются. Глядят друг на друга исподлобья. Китайцам, не делавшим операцию по созданию «двойного века», это легко. Голову чуть наклонить и веки не пытаться приподнять. И вот он, нужный взгляд.

Я подскакиваю к ним: этот момент мать моя за трюк вообще посчитала. Прыжок в длину, он должен быть сильным, чтобы хорошо смотреться.

Справляюсь. Не зря же мини-зарядки практикую.

А дальше лучшая часть: я прикладываю ладони к ушам этих двух мальчуганов и… резко свожу руки.

Быф-ф!

Звук — музыка для моих ушей.

Сколько у меня руки чесались, чтобы так их, маковка с маковкой, приложить.

Две пары осоловелых глаз. О таких еще говорят: звездочки перед глазами. Вроде век информационных технологий уже наступил. Глядишь, и подрисуют при монтаже. Подсказать им, что ли?

Следующий эпизод трудный. Все три мамы волновались, что малыши не сумеют воплотить задумку сценариста.

Потому что в ней мало действия. В ней — эмоции. Нам предлагали луковый карандаш для упрощения задачи. Но я сказала на совете мам и будущих актеров (мы это обсуждали на прогулке перед домом), что нам не надо лука.