скорее двигаться, что нельзя стоять на месте. Перед Юй Ху было высокое здание – огромное, с изогнутыми карнизами крыши и колоннами. А может, оно лишь казалось таковым для крошечного зверька. Здание было прекрасным: стены выкрашены в красный, а колонны украшены искусной посеребренной резьбой. Но сейчас краска таяла на глазах от пожирающего стены пламени. Юй Ху задрожал на холодном ветру, глядя, как буйствует огонь, и не решался сдвинуться с места. Наконец он сделал неловкий шажок назад и тут же увяз в грязи. Его белый прекрасный мех стал черным и слипшимся. Юй Ху посмотрел вверх – на крышу здания, и ему почему-то захотелось выть от тоски. От невыразимого горя. От обиды, которая разорвала надвое его сердечко. Его ядро дрожало от напряжения, поддерживая в нем жизнь, пока он стоял там, на холодном ветру, глядя, как пламя пожирает здание. Наконец оно не выдержало и раскололось. Юй Ху ощутил вспышку боли и почувствовал, как его маленькое тело упало в грязь. Все померкло. – Просыпайся ты, ленивое животное, – пнул его ногой в бок А-Цю. Юй Ху нехотя открыл глаза и посмотрел на Дракона со всем презрением, на которое был способен. – Как смеешь ты так грубо будить этого достопочтенного? – прохрипел он со сна. – А как тебя будить? – с притворно сладкой улыбкой наклонился к нему юноша. – Доброе утро, солнце? Держи карман шире! – Он пнул его подстилку еще раз и отошел от Юй Ху. Тот только сейчас понял, что комната пуста, видимо, все остальные ушли на завтрак. Один кот спал без задних ног. Но ведь на то он и кот? – Не поторопишься, каши не останется, – бросил ему напоследок Чэнь Цзяолун и покинул комнату. Он вышел во двор и глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Один только вид этого треклятого животного раздражал его. Каждый раз, стоило тому что-то выкинуть, Дракон думал постучаться к Учителю и рассказать, кем на самом деле был Юй Ху. Но он останавливался по двум причинам. Во-первых, Учитель вряд ли похвалит его за то, что он притащил кота с пика Цунчжэ, – ведь формально он обманул своего Учителя. Во-вторых, кот знал то, чего ему не следовало знать о некоторых… сердечных делах А-Цю. По-юношески трусоватый в вопросах любви, Чэнь Цзяолун уговаривал себя, что стоит немного потерпеть, и когда они прибудут на пик, тайна кота все равно раскроется. Потому что этому придурку не хватит мозгов, ведь вместо них у него непомерное эго. Не прекращая ругать про себя Юй Ху, он направился к столовой. У Юй Ху даже не горели уши. Он лениво потянулся на циновке и прикрыл глаза, вспоминая, что