Нам повезло также с тем, что в отличие от противников у нас оставалась поддержка в виде целительной магии, что позволяло новичкам держаться куда дольше.

Локи, верно рассудив, что истерия рано или поздно закончится, выбирал точечные цели, ликвидируя беззащитных магов и «мудрецов».

И хоть враги находились под эффектом бешенства, проклятые бились не менее яростно. Всё ещё свежи были в памяти воспоминания о пережитых унижениях в рабстве. И они были готовы умереть здесь, но только не вернуться обратно. И это меня радовало. Именно этого я и ждал.

— Свобода в смерти! — в унисон ревели проклятые, не сговариваясь, такой странный и понятный лишь нам боевой клич.

Я же в это время сводил старые счёты. Димахерша то ли имела какой-то защитный артефакт, то ли способность или вообще временный эффект, спасающий её от ментальных воздействий, но истерия на неё почти не подействовала.

Зена ударила своим оружием друг о друга, и вокруг нас появилось силовое поле, создавая своеобразную арену для битвы один на один. Она начала ходить вокруг меня, как хищник вокруг добычи. Но вот кто из нас хищник, а кто добыча, ещё предстояло узнать. Потому как, уже мимоходом прикончив несколько врагов, я весь находился во власти упоения резнёй. [Исступление] мешало мне соображать, и всё, на что хватало моего благоразумия — это не бросаться вот так сразу на Зену. Потому что она была опасна. И это чувствовал даже я. Не из-за высоких характеристик или могущественных артефактов. Нет. Зена была в своей стихии. Вот с кем с кем, а с ней призыватели угадали на все сто. Если все мы, так или иначе, были вынуждены сражаться всё это время ради выживания, ради мести, ради друзей. Зена же билась просто потому, что ей это нравилось. Хоть она старалась внешне этого не показывать, оставаясь хладнокровной. Но не в этот раз.

Оказавшись со мной лицом к лицу, она довольно улыбнулась:

— Наконец-то настало время проверить, кто из нас лучше! Слыхала, ты убил Строга? Значит, победив тебя, я докажу, что сильнее и его.

Я не стал ничего отвечать. Кровавая пелена на моих глазах уже не позволяла мне вести филосовские беседы, и я ринулся на димахершу, пытаясь поразить её размашистым горизонтальным ударом с разворота.

Был я не один. Афеллио на моём поясе в момент, когда я оказался спиной к Зене, ударил её молнией, но девушка приняла разряд на свои скрещённые серпы, и они заискрились впитанной в себя магией.

Она тут же оказалась возле меня и взмахнула своим оружием. Я лишь в последний момент успел отпрянуть, и лезвие прошлось по касательной через мою грудь, совершенно не ощущая препятствий даже в виде [Подкожной брони]. Более того. Впитанный разряд был тут же выпущен в меня, на секунду парализовав мои движения и нанеся урон электричеством.