Я спустился в тоннели, через которые мы пришли. Надо было пригнать сюда вездеход и квадроциклы. Тем более, в багажнике находились артефакты и [Сердце короля троллей].

Проходы встретили меня давящей тишиной. Что, кстати, было довольно некомфортно. В бездне постоянно слышны какие-то фоновые шумы. Будь то завывания ветра или каких-нибудь стай монстров. Но сейчас тишина была просто мёртвая, и именно это заставило меня насторожиться настолько, что я даже снял секиру со спины.

Когда же я почти достиг выхода, где мы оставили транспорт, мне пришлось остановиться оттого, что холодок пробежал по спине.

Это снова был он. Чёрная фигура разрушителя смотрела на меня, стоя посреди тоннеля. И эта его пассивность лишь сильнее пугала, чем возможность того, что он сейчас набросится.

Я смотрел в его чёрные глаза, будто в зеркало, искажающее реальность. Добро в нём становится слабостью, а милосердие — глупостью. Зато жестокость и убийства выглядят, как настоящее счастье и смысл жизни.

Не знаю, сколько прошло времени. Но схватка так и не произошла. В какой-то момент Разрушитель просто развернулся и исчез за углом. А я же не отважился за ним пойти ещё несколько минут.

Адреналин бил в виски, но я всё же решился и прошёл дальше. Вот только, когда я дошёл до вездехода. Там меня ждал сюрприз.

На песке лежало тело дроу. Ну, лежало и лежало бы. Мало ли что за тело и что за дроу? Вот только его лицо мне было знакомо. Я некоторое время всматривался в его черты, пытаясь понять, где я его видел, но вскоре до меня дошло.

— Алхимик?

Это был тот старик, что помог мне, когда я штурмовал клан Венатур. И я немного переживал, не пострадал ли он из-за моей маленькой войны. Вот только, как он сюда попал?

Ещё более удивительным было то, что он оказался жив и лежал просто без сознания.

Я забросил квадроциклы на крышу вездехода, а старика перенёс внутрь транспорта. Проход через тоннель позволял пройти по нему машине, и вскоре я вернулся на поверхность.

Уже стояла глубокая ночь, поэтому алхимика я поместил в отдельную комнату и закрыл дверь на замок. Чтобы он не набедокурил, если вдруг придёт в себя.

После прожитого дня меня уже тоже клонило в сон, и я думал, где бы мне положить свои кости. Но ноги сами привели меня в лазарет, где, сидя на стуле, возле Варгала дремала измученная Аска.

Я застыл и невольно залюбовался тем, как она спит. Больше никуда не хотелось уходить, и я аккуратно поднял её на руках и перенёс на диван в углу. Девушка проснулась и подняла на меня сонный взгляд, кода я опустил её.

— Останься, — прошептала она.