— Гори, гори, моя звезда… — вдруг затянул Димка в притихшей комнате, и, надо сказать, очень даже неплохо запел, голос у него отменный оказался. Песня, правда, уже совсем не современная какая-то оказалась, но девушкам, судя по всему, нравится. Вон, как притихли…

— Здорово… — восторженно прошептала Настя, когда Разумовский закончил петь, а у меня появились сразу два желания — придушить его, и спеть так, чтобы вот также восторженно Настя посмотрела на меня, вот только я не был уверен, что у меня получится достойно выступить. Нет, голос-то у меня вроде неплохой, но опыта очень не хватало. Мало же обладать хорошим голосом, надо ещё и петь уметь.

— О боже, ну и старьё, — холодно произнесла Аня, когда стих гром аплодисментов, и я с одобрением глянул на неё, — Ты бы ещё чёрного ворона тут спел. Нет, романс хорош, не спорю, но в исполнении школьника это выглядит уж совсем по идиотски. Посовременнее ничего не мог выбрать? Или кроме романсов ты больше ни на что не способен?

— Да я что угодно могу спеть! — аж побагровел от возмущения Димка, — Хоть рок, хоть попсу, хоть что угодно вообще! Заказывайте песню! Сейчас я вам покажу тут мастер-класс!

— О? Вызов? Шикарно! Та-а-к, сейчас я тебе подберу… песенку, — зловеще ухмыльнулась Аня, и начала оживлённо шелестеть страницами песенного меню, — Думаю, вот эта подойдёт… Готов?

— Давно! — хмуро бросил Разумовский и вцепился в микрофон, как будто тот был гранатой, и ему сейчас с ним нужно было на танк броситься.

— Тогда включаю, — таким хитрым голосом произнесла глава, что даже я подвох почувствовал, и не зря…

— Джи ван шуй шон… — затянул было Димка, и аж закашлялся, — Блин, это что за дела? Это на каком вообще языке? Китайском, что ли?

— Японском, — любезно просветила его Аня под хихиканье остальных девушек, — Но ты не переживай. Тут субтитры на английском, так что вполне можешь петь дальше…

— Как петь? Я же даже песни этой не знаю! Куришимасу ано тано… — взвыл Разумовский уже под откровенный хохот всех присутствующих. Впрочем, тут были только свои, а нам, думаю, он это простит.

— Ты сам сказал, что можешь спеть всё, что угодно. Так что пой! — царственно приказала Аня, и бедный Димон, волнуясь и потея, продолжил свои завывания на каком-то подобии японского языка.

— Какой ты разносторонний человек, оказывается, — похлопала его по плечу хихикающая Лиза, — Раз с японским справился, то, думаю, не откажешься для меня одну песенку на французском спеть?

— Для тебя, красавица, всё что угодно, но не сейчас, — хриплым голосом отозвался замученный Разумовский, когда песня закончилась, — А пока мне надо немного горло промочить…