— Все системы раннего предупреждения и дальние сканеры пространства сосредоточены на орбите Ромула, сюда же поступает вся информация с разбросанных по системе спутников. Все, что есть в распоряжении Дойла — это сканеры пространства его кораблей. А их радиус обнаружения гораздо выше радиуса точной идентификации целей. Неизвестные корабли они засекут, а вот произвести их идентификацию не смогут. А от меня они получат такие данные, что немедленно потребуют пригнать к Рему не только весь флот, но и вообще все, что хоть как-то может стрелять.

— Это может сработать, — задумался Северов. — И когда выступаем?

— Псевдо атакующий флот появится через десять дней. За это время ты должен привести свой флот в Гемину. Многие знают, что я отослал Джи за наемниками Нейтральных секторов. Вот под них вы и замаскируетесь.

— Мои корабли могут прилететь хоть завтра, — заметил Северов.

— И чем они будут заниматься? Болтаться на орбите, порождая ненужные домыслы? Нет, раньше чем через неделю они мне в системе не нужны.

— Еще десять дней, — вздохнул Северов, одним махом опустошив свой бокал. — Как долго…

— Всего десять дней, — решил внести коррективы Марк.

Странные существа люди. Сколько Северов ждал, чтобы отомстить? Десять лет? Двадцать? А может все сто? И сейчас, когда открылось окно возможностей, ему трудно подождать каких-то несколько жалких дней!

— Десять дней… — Поднеся ко рту бокал, Северов не без удивления обнаружил, что он пуст. Замену бывший глава «Глоком» нашел быстро. И вместо пустого бокала в его руке появилась почти полная бутылка, забранная со стороны Марка. — В твоем возрасте много пить вредно, — прокомментировал он свои действия. На что Марк только усмехнулся, сходил к минибару и достал из него еще одну бутылку.

Некоторое время они молчали, потягивая вино.

— Ты понимаешь, что такое семья, клон? — внезапно спросил Северов.

— Малая социальная группа, основанная на браке.

— Мне не нужно академическое определение! Я спросил, понимаешь ли ты, что это такое?

— Нет, — честно признался Марк.

Структура человеческих взаимоотношений всегда заводила его в тупик. В разных государствах на этот счет существуют разные законы. Про нормы морали и говорить не стоит. То что считается нормальным в Конфедерации и Демократическом альянсе, не поощряется в Союзе и карается в халифате.

— Может оно и к лучшему, — вздохнул Северов. Стукнув ногтем по полупустой бутылке, он породил в каюте тихий звон. — Главная проблема семьи в том, что ее можно потерять… — Вино тому было виной, или что-то иное. Но сегодня Северова явно тянуло излить кому-то душу. — Когда-то у меня была жена и сын, — продолжил он, вновь приложившись к бутылке. — А потом одним солнечным днем на город, в котором они в данный момент находились, упал сошедший с орбиты в результате аварии малый рудовоз. — Кулаки его сжались в бессильной злобе. — Будь это орбитальный удар, у них было бы больше шансов выжить! Правительственное расследование ничего не дало. Все списали на трагическую случайность. Выплатили компенсации погибшим. Приняли ряд законов. И дружно забыли. Представляешь?! Пятьсот сорок семь тысяч шестьсот двадцать одного человека просто взяли и забыли! Впрочем, буду откровенен, на пятьсот сорок семь тысяч шестьсот девятнадцать из них наплевать и мне. Но за жизни своей жены и сына я хочу получить с Джодока Дойла сполна.