которая тоже требовала внимания и анализа. Я забралась на шикарную, по походным меркам, постель и зарылась в подушки, пахнущие эльфом. Этот аромат цветочного луга, свежего ветра и кожи, смешанный с чем-то очень мужским, сводил с ума. Что же мне с тобой делать, Дарион? Моя любовь всегда очень плохо заканчивается — для меня. Стоит ли верить тебе, когда ты уже один раз меня унизил? Или всё же прислушаться к тому, что ты пытаешься сказать? Я не знала ответов на эти вопросы, как, впрочем, и многие другие. Наверное, я их так и не узнаю, пока причина держать меня рядом у короля не отпадёт. То есть пока существует Нарыв. Размышляя над этим и кутаясь в одеяло эльфа с головой, я не заметила, как заснула. И проснулась поздно ночью, когда Дар залез на кровать, обняв меня вместе с одеялом. — Дар? Который час? — Уже очень поздно, малютка-лан, спи. До рассвета осталось немного. Я возмущённо фыркнула от такого обращения и грозно нахмурила брови. — Никакая я тебе не малютка. Ты с кем-то путаешь меня, эльф. — О, да, — засмеялся этот ушастый прохвост и перевернул меня так, что я оказалась распластанной на твёрдом эльфийском теле, а одеяло накрыло нас обоих. — Не гневайся, великий и всемогущий лан. Я готов загладить перед тобой вину. — Ну если так, тогда я подумаю, прощать ли тебя, эльф, — включилась я в игру. В это время мои руки прошествовали по рельефному королевскому торсу. Дар успел помыться и переодеться. Я уже примерялась к роли наездницы необузданных эльфов, как в палатку поскреблись. — Ваше Величество, — послышался голос Айнона. — У нас проблемы. Дар вздохнул и устало закатил глаза: — Сейчас. — Чмокнув меня в губы, сказал: — Прости, малышка, нужно идти. Запомни момент, на котором мы остановились. Как только я вернусь — продолжим. И, аккуратно переложив меня на вторую половину кровати, Дарион поднялся. — Я не малышка, — механически буркнула и тут же спохватилась: — Дар, подожди. Я с тобой. — Не стоит, Айрэ, отдыхай. Но меня будто что-то подталкивало идти с королём. — И всё же я с тобой. Мне нужно. — Хорошо, но прошу тебя не геройствовать. — Я сама осторожность, эльф, — весело оскалилась. Дар только покачал головой, и мы вышли из палатки, попав в руки беспокойно метавшегося Оракула. — У всех раненых поднялась температура. Целители посчитали это несерьёзным, такое может быть, но потом места ранений почернели. В клыках псов был яд, и он очень быстро распространяется. — Что говорят целители? — спросил король, быстро шагая к больничной палатке. — Что если не оказать им помощь,