Что ж, надо бы проверить на прочность местную артефакторику.

Отступив на шаг, я поднял пистолет.

Применил свой Дар к дверному полотну… и меня предсказуемо оттолкнула неведомая сила. Пришлось влить больше энергии, буквально продавливая материю полотна. Сложно передать эти ощущения. Будто ломаешь упругую стену, гибкий пузырь.

Внутри стены протянулись геометрические узоры.

Кабинет противостоял мне.

Запасы ки вливались в Знаки, приводили в движение скрытые механизмы. Добрых полминуты продолжалась эта дуэль. Мой ранг, далеко перешагнувший за планку «высшего», против сложнейшей техномагической структуры. Я бы в итоге проиграл, потому что одарённые могут подпитывать защитные системы собственной энергией…

Вот только бес за дверью не мог.

Невозможность свободно манипулировать энергией ки — такова плата за бессмертие.

Я надавил ещё сильнее, и дверь стала проницаемой.

Выстрел.

Фигура человека дёрнулась, сползла в массивное кресло.

— Жди здесь, — приказал я Хорвен.

И шагнул в дверь.

Просочился с усилием, подпитывая расход циркуляцией. Буквально продавил себя через сопротивляющуюся материю. Как через пластилин или очень плотное желе.

Кабинет был консервативным.

Тёмное дерево, натуральная кожа, фамильный антиквариат. Обширная библиотека, забитая старинными фолиантами. Всё под стеклом, от пола до потолка.

Массивный двухтумбовый стол.

И в кресле, за этим столом, побледневший лорд Камминг. Изысканный денди в сшитом на заказ дорогом костюме. Образ портило лишь красное пятно, расползающееся по белой рубашке.

— Вот и свиделись, — я позволил себеочертиться на фоне двери. — Вы понимаете, кто я, мистер Камминг?

Лорду было нелегко поддерживать беседу.

Когда он заговорил, что-то захрипело и забулькало.

— Барон, вы превзошли все мои ожидания.

— Так бывает, — пожимаю плечами. — Всегда есть кто-то сильнее.

Бес, конечно же, обладал способностью регенерации. Но у него было пробито лёгкое. Откровенных чудес не случается даже в мире одарённых. Иисус сегодня не придёт.

— Думаю… — Камминг закашлялся. — Мы… могли бы договориться.

— Это прошлогодняя информация, — возразил я. — Ваши котировки на бирже рухнули.

Я выстрелил лорду Каммингу в голову.

И убрал пистолет с глушителем в кобуру.

* * *

Через три дня со мной связался секретарь князя Трубецкого.

— Господин Иванов, Его Светлость хотел бы с вами встретиться.

— Когда?

— Незамедлительно.

— Детали?

— Его Светлость просили передать, что дело государственной важности. Насколько я могу судить, речь идёт о неких договорённостях… с участием третьей стороны.

— Третьей стороны?

К такому повороту даже я не был готов.