Итак, старая фотография, к счастью, избежавшая огня. Как будто бы Хидео-сан и на фото несгораемый. Он это. Невысокий, щуплый, жилистый, щеголеватые усики, полицейский мундир с высоким стоячим воротником, пуговицы с императорской хризантемой, револьвер в кобуре на боку. Очень бравый вид. Не знай я, как много преступлений этот тип совершил, счел бы его эталонным служителем закона.

Вот что мешало «Рюджину» прислать эту фотографию два дня назад? Я имею в виду, помимо правил музея. Показал бы ее Акире… Акирахиме, пока Цуцуи отлучалась в туалет. А сейчас уже поздно возвращаться. Ладно, уверен, что еще увидимся с рыжей продавщицей, специально детей до ее магазина доведу. И еще про свою кузину она говорила.

— Макото, а это кто? — спросила любопытная Мияби, заглянув мельком в мой телефон. Я, собственно, и не пытался фото скрывать. Какая в нем тайна? То, что я историей интересуюсь, уже давно моей подруге известно. С момента рассказа о поисках клада.

— Это мой возможный предок. Провожу исследование.

— Надо же, ни капли ни на тебя, ни на Хиро-сана не похож, — снова скосила взгляд девушка, уже на большее время. — Разве что глаза. Да, точно, взгляд точь-в-точь, как у тебя или Тики-тян, такой же насмешливый. Но все в деревне говорили, что глаза у вас в мать.

Умная она у меня. И красивая. И чего я непонятно на каких работниц торговли глазел, когда тут такое чудо совсем рядом? Ну похожа Ёрико на свою прабабушку и что? Если та вдруг правнучка Хидео-сана, мне в ее сторону и вовсе смотреть запрещено в плотском плане. Это же кровосмесительство. Если мошенник еще и мой предок, а не какой-то дух-прилипала, передавший мне свою память. Не знаю, есть ли такие в фольклоре. Не встречал.

— Помнишь, я рассказывал Тике-тян о своем предке с Хоккайдо? Это его фото. Попросил знакомого, который туда недавно переехал, его сделать.

— Красивый мужчина, — оценила девушка. Надо же, и через портрет его харизма на женщин работает.

— Ни капли на меня не похож, — рассмеялся я, повторив ее слова. — Пожалуйста, следи внимательнее за дорогой.

— Ты ничуть не хуже. Ты добрый и обаятельный. Это лучше, чем модельная красота.

Приятно услышать. Причем доброту, моё изначальное качество, Мияби на первое место назначила. Что, если бы и без помощи реликта из прошлого у нас с ней сложилось бы? Не столь легко и стремительно, но какой-то шанс был бы.

Теплый романтический момент испортил, как всегда, телефон. Незнакомый номер.

— Sat Sri Akal — поздоровался я на панджаби. Это Ануша меня научила. Хорошо, когда твоя лучшая подруга полиглотка. Почему лучшая? А как еще сказать о девушке, которой доверил весьма чувствительную тайну?