— Видите? На тех было так же. — Негромко пояснил ему. — Готов спорить, что там будет карточка с шахматной фигурой.

— Ты очень внимательный. — Пристально посмотрел он на меня. — За мгновение увидеть такое и успеть среагировать… — Он качнул головой. — Необычно.

Я был почти уверен в том, о чём сейчас думал Астафьев. Вот перед ним стоит его сотрудник с крайне тёмным прошлым, имеющий зуб на большинство находившихся тут людей и уже успевший доказать, что он умеет придумывать нестандартные ходы, чтобы расплатиться по счетам с кредиторами. Самый простой и очевидный вывод обычно является самым правильным.

— Ваша стройная теория не учитывает одного факта. — Опередил его дальнейшие вопросы. — Вот это. — Ткнул себя пальцем в плечо.

— Ты прав. — Лёгкое разочарование на лице. — Господа, — повернулся он к присутствующим. — Была попытка покушения на миссис МакДуган, а потому сообщаю вам открыто. Я намерен подозревать вас всех.

Дальнейшее мне неинтересно. Опергруппа, ещё следователи, эксперты. Со стороны это всё казалось каким-то бредом, влиятельные люди беспрекословно выполняли требования и отвечали на вопросы, но с Б. К. Р. по-другому и не бывает.

— Спасибо. — Раздался голос Аманды у меня за спиной, когда мне наконец один из прибывших парней передал пакет с футболкой, толстовкой и курткой, мои-то в крови теперь испорчены.

— Пожалуйста. — Не поворачиваясь, ответил ей. — Что там на карточке?

— Конь.

Я хмыкнул.

— Высоко. — Повернулся к ней. — Интересно, кто у этого шахматиста король и королева.

— Алекс, я…

Пришлось цыкнуть, чтобы прервать бесполезные и даже опасные сейчас слова. Слишком много слушателей. Вон одна любопытная блондинка настолько старательно делает вид, что ей неинтересно, что я не поверил в это ни на минуту.

— Меня зовут Александр. — Поправил я её. — И прошлое остаётся в прошлом. Говорил тебе это на балу, скажу и сейчас. Если повезёт, то мы с тобой больше никогда не увидимся. Да и сегодня меня не должно было тут быть, куратор заставил.

— Если бы тебя не было, то, возможно, я бы погибла. У меня нет большой силы сверха, и либо пуля, либо что-то ещё меня могло убить.

— Ну, думаю, похороны твоя семейка для тебя бы закатила достойные. — Пожал на это плечами.

Я видел, что слова мои неприятны Аманде и, возможно, даже больше, но поделать ничего с собой не мог. Не одному мне должно быть больно, и если не физически, то пусть хоть так.

— Если у тебя всё, то мне пора.

Она вроде бы и хотела ещё что-то сказать, но слушать я не стал, тем более Кирилл Петрович закончил говорить с высоким начальством, приехал отец Киры, а значит, у меня появилась возможность слинять отсюда, ну или я надеюсь на это.