Он помолчал, прежде чем ответить. — Есть одна вещь...
“ Что? Я нахмурилась, опасаясь, что в воде он повредит что-нибудь похуже.
Взгляд Кейда опустился на мой рот. — Я слышала, что от поцелуев все становится лучше.
Мои губы дрогнули. — О, правда?
Он медленно кивнул. — У меня есть достоверные сведения от судового врача.
Я не смогла удержаться от ухмылки, чего он явно хотел, и я была более чем счастлива подыграть ему. Я медленно провела поцелуем по одной из царапин на его предплечье. Потом еще один удар по тыльной стороне ладони.
Мне действительно понравилась эта новая игра, и я поцеловал каждую царапину на теле Кейда. Каждую до единой. От нижней части его груди до кончика уха я промыла и поцеловала каждую боевую рану. Дыхание Кейда становилось глубже, чем дольше я работала, пока я не запечатлела последний поцелуй на отметине на его подбородке.
“ Твои царапины теперь заживают? Прошептала я.
Ухмылка изогнула его губы. — Какие царапины?
Я фыркнула прямо ему в лицо. Может быть, это было глупо, но после всех тревог, паники и страха, эта маленькая шутка развязала клубок узлов в моем животе. Это ослабило ужас, который душил меня.
Почувствовав себя легче, я запрокинула голову и захихикала в ночное небо.
маме виднее
Элли
Руководство Элли по профессиональным объятиям Быть фальшивой невестой НЕ влюбляться в своего фальшивого жениха Скрыть любые следы того, что ты влюбилась в своего фальшивого жениха Keeping It Together .
В ту ночь мы с Кейдом не вернулись в наш домик. Вместо этого мы уютно устроились на палубе под одеялом из звезд — и еще одним невероятно плюшевым одеялом, которое принес нам член экипажа. Виски свернулся калачиком у меня на коленях, почти сухой, но все еще надутый, прежде чем мы все трое погрузились в сон.
Здесь было уютно и тепло, и мне никогда не хотелось уходить.
Я проснулся, растянувшись поперек печи, сделанной из гладких мышц.
Подняв руку, чтобы заслониться от яркого солнца над головой, я посмотрела на спящего Кейда подо мной. Он лежал на спине, обхватив меня руками за талию, а Виски свернулся калачиком в том месте, где между плечом Кейда и подушкой. Его хвост дернулся во сне, коснувшись щеки Кейда и вызвав тихое ворчание.
При виде этого мое сердце растаяло, превратившись в лужицу слизи.
Не из тех, кто упускает хорошую возможность, я провела по сильной челюсти Кейда кончиком пальца, восхищаясь легкой щетиной.
Резкое покашливание прервало мое ленивое чтение, и я в тревоге отпрянула назад, ища виновника.
К моему ужасу, мама Кейда сидела на диване напротив нас. Ее ноги были чопорно скрещены, в руке она держала чайную чашку в золотой оправе. Она ничего не сказала — по крайней мере, вслух, — но оценивающий взгляд, которым она переводила взгляд с меня на Кейда, говорил о многом.