— Парни, вы вообще не вовремя, — вздохнул я, поправляя воротник. — У меня впереди много забот. Не хотелось бы тратить время на сброд, вроде вас.

— Ах ты щенок! — взревел главарь, краснея от гнева. — Взять его!

Трое бандитов с воплями бросились на меня, занося клинки. Рика в карете наверняка ждала, что я достану свой гримуар, но я к нему даже не прикоснулся. Мой собственный меч тоже остался покоиться в ножнах на поясе. Наверное, именно потому, что я знал — она наблюдает, мне и захотелось покрасоваться. Пусть видит, к кому решила примкнуть.

Как только первый бандит оказался в радиусе поражения, я сделал шаг вперед, увернувшись от его клинка. Ударил открытой ладонью в кадык, заставив его захрипеть и выронить меч.

Подхватив его оружие в полете, я скользнул мимо бандита, нанеся быстрый удар. Оружие вонзилось в грудную клетку и вышло со спины. Моей силы уже сейчас достаточно, чтобы без труда пробить кожаные доспехи и кости с плотью.

Второй бандит, видя смерть своего товарища, ударил со стороны. Я ловко увернулся и пнул его в спину, уложив на землю. В следующее мгновение с силой наступил на шею, переломав позвонки.

Третий попытался ткнуть меня копьем, но я побежал прямо на него и, сдвинувшись в сторону в момент удара, ухватился за его копье. Ударом локтя переломил деревянное древко и вонзил отломанный наконечник ему же в шею.

Не прошло и минуты, как трое бандитов лежали на земле, истекая кровью. Но этого остальным оказалось мало. Я усмехнулся и двинулся к арбалетчикам.

Особые тренировки охотников в прошлом готовили ко всему. Моя жизненная сила заменяла магическую энергию и позволяла увеличивать показатели тела постоянно. Благодаря этому я без труда уклонился от нескольких выпущенных болтов на одних лишь инстинктах. А как сократил дистанцию, с силой ударил одному из арбалетчиком под дых, выхватив арбалет. Тут же выстрелил в ногу второму и отбросил оружие в сторону. Третий уже сам бросил арбалет на землю, опустившись следом. Его руки дрожали, а глаза бегали из стороны в сторону.

Оставшиеся бандиты примкнули к главарю. Тот ругался на них, скалился и брызгал слюной, но его уже не слушали. Осталось только одну — защищаться.

Усмехнувшись, я направился в его сторону и тут боковым зрением заметил окно кареты. Рика сидела, прильнув к стеклу. В ее глазах не было ни капли ужаса. Только искреннее, глубокое восхищение. Она видела во мне не просто хозяина жутких тварей, а хищника, ничем им не уступающего.

Покачав головой, я подошел к главарю бандитов. Думал, он сдастся, но нет. Стоило мне оказаться близко, как замахнулся своим топором, но промахнулся. Ударил, поддавшись страху, а потому не рассчитал. Лезвие вонзилось в землю. Этой заминки хватило. Я наступил на топор, втоптав его сильнее. А как бандит отпустил топор и отступил, я подскочил к нему и ударил в живот ладонью. Этого оказалось достаточно. Он согнулся и опустился на колени, закашлявшись.