Половинки задней матерчатой стенки там были распахнуты, и разглядывать лежащего лицом к нам на мешках с мукой Брона ничего не мешало. Глаза охотника закрыты — задремал будто. Но я-то знаю, что он притворяется. Специально в эту повозку попросился, чтобы за нами следить. Хотел к нам было даже залезть внаглую, но своё место рядом со мной и Айком на козлах Лина ему уступать не пожелала, а внутри Вейке с детворой и так тесно. Пришлось вежливо отказать, не боясь, что заподозрит неладное.

— Сдаст, конечно. Мы же сказали ему, что до следующего форта проводим и сразу вернёмся. Выйдет срок, а нас нет. Обманули. Чего бы не сдать брехунов.

Размышляю вслух об одном, а сам думаю о другом. До следующего форта неделя пути. У Брона нет столько времени, чтобы нас аж дотуда вести. Ему же потом и обратно чесать. Вдруг кто другой из списка, пока он туда-сюда мотается, с Муна сбежит. Не будет одержимый надолго Град покидать. Наверняка первой ночью же и попытается нас с Айком прикончить. Не знаю, как он это по-тихому провернуть собирается, но, видно, чего-то придумал. Йока с два я спать лягу.

— Да, что вы переживаете, мальчики, — скривилась сидящая слева от Айка Лина. — Старшина ваш теперь, когда ещё в Град вернётся. К тому времени нас уже будет непросто догнать. И вообще… Зимородовы, раз своего дурачка не хватились сразу, то пропажу его с нашим бегством не свяжут. А у дружинников дела поважнее есть, чем потерявшегося купчонка искать. Знаете, сколько за зиму Душегуб народу убил? Три десятка почти. И ведь до сих пор не поймали.

— Двадцать восемь точнее, — поправил Айк. — У моих тюремщиков только две темы для разговоров и было — Душегуб и нора, что у храма висела. Кит, а правда, что в итоге её ученик какой-то закрыл? Или брешут?

— Да кто его знает. Пропал один ночью — и норы утром нет. Не нашли его.

Третий день уже, как, что я из школы вышел, что Айк из застенка, а поболтать о чём-либо, не касающемся нашего бегства с острова, всё некогда было. Почти три десятка… А я и не знал, что трупов так много. Нет, до нас тоже слухи доходили, что в Граде объявился убийца, но мне как-то не до того было, чтобы вникать в подробности. Помню только, что Лео сказал, будто то скорее целая банда орудует. В городе убийства не редкость.

А оно, значит, вон как. Тогда всё понятно — Брон свой списочек сокращал. Получается, что взаправду всех, кто был на пароме в тот день, перебить вздумал. Небось, начал с кого послабей. Поболтать с сыскарём бы. Поди, среди трупов сплошь охотники из той купеческой ватаги, да паромщики. То-то лица некоторых матросов как будто в первый раз вижу. Новички небось.