Впрочем, дар порожника мы бы израсходовали на этом подъёме и без реализации плана Китара, так что, спасибо мальчишке — его идея принесла ощутимую пользу. И как я сам не увидел такого простого решения… Позор. Однозначно позор.
Глава одиннадцатая Перемычка
Встав на задние лапы, медведь взревел так, что, не выйди мы из ущелья, можно было бы испугаться обвала. Но склоны долины довольно пологи и успели прилично отодвинуться от реки, вдоль которой мы топаем. Здоровый… Две сажени в нём точно есть. Такого на копья поднять будет сложно. От стрел и мечей и вообще толку нет в бою с таким чудищем. Вот только не знает зверюга, что весь дар я на дырку в скале не спустил. Ещё пара секунд есть в запасе — мишке хватит.
— Назад все!
Ло здесь мне не нужен. Изгнал беса сразу, как косолапый выскочил на нас из кустов, которые в изобилии растут у реки в этой части долины. Иди сюда, мишка.
Зверь бросился. Взмах рукой — и отпрыгиваю назад, чтобы лишившаяся мохнатой башки огроменная туша не рухнула на меня.
— Медвежатина вкусная, — подал голос Крам. — Всё равно вскрывать будешь. Предлагаю, чтобы не тратить запасы, сегодня поужинать этим.
Я уже вернул Ло — пусть решает. Так-то место неплохое для лагеря. И обзор вроде есть, и укрыться от хищной птицы в кустах — а то кружат над головой, то ли орлы, то ли ещё кто из их пернатой родни — можно будет. Где-то дальше по долине есть лес — берега речушки полны вброшенного сушняка и коряг, которые можно пустить на дрова. Без понятия, какова на вкус медвежатина, но раз нам её не перепадало ни разу, значит доброе мясо. Впрочем, в бытность сиротскую, ни муфрятиной, ни волчатиной мы не брезговали. Хочешь жрать, и не то ещё слопаешь.
— Да. Пусть послужит нам ужином, — согласился бес. — Ночевать будем здесь. Раз тут пасся медведь, других крупных хищников поблизости нет. Встаём лагерем.
* * *
Не дорос мишка, конечно, до хозяина леса, но зверь всё равно очень старый был. Три десятка бобов и два семени жизни — добыча богатая. У Негоды блестели глаза, но торговец ничего не сказал. Это мой трофей — тут делить нечего. Плохо то, что идём не по тракту теперь, но охота зато получается добрая. С новым даром я нынче могу таких зверей брать, на которых серьёзной ватагой ходить другим только. Тот медведь лишь началом был.
Для больших, по-настоящему грозных хищников наш отряд — неплохая приманка. Вторым днём нас заметил доселе мне незнакомый представитель кошачьих, что устремился со склона в долину большими прыжками, даже не пытаясь таиться. Снежный барс, как потом объяснил мне Крам — самый страшный зверь на все горы. Не удивительно, что огромный котяра считал себя здешним хозяином. Уж не знаю, сумел бы Ло одолеть его — Айк и элцы бы точно не справились — но незримый клинок на крепь хищника, какой бы огромной та не была, наплевать хотел.