Кстати, здешняя природа в очередной раз смогла меня удивить. В местности, где картель устроил свою базу растительность напоминала мои родные леса из средней полосы, что-то вроде рязанских или калужских чащоб. Здесь же были настоящие тропические джунгли: деревья высотой в десятки метров, километры лиан, папоротники с лопухами мне по грудь и выше и многое другое, что ранее мне доводилось видеть только по телевизору про Южную Америку.

Алана появилась даже раньше озвученного срока. Прошло не больше десяти минут, когда раздался её голос, а затем лианы зашевелились. Несмотря на предупреждение, я на рефлексах схватился за арбалет.

— Свои, свои, Иван, — сказала женщина, замерев при виде оружия.

— Извини, это привычка, — извинился я, отправляя оружие обратно в инвентарь.

— Хорошая привычка в наших краях, — криво улыбнулась та.

Оказавшись внутри, она тронула за плечо Грана, а когда тот поднял взгляд на неё, протянула ему ладонь, на которой лежали несколько голубых с белыми точками фасолин.

— Бобы фей? — спросил он.

— Да, — она кивнула, — они самые. Тебе сейчас это пригодится. Сам отдохнёшь ночью и нам дашь отдохнуть. А то, боюсь, ты от боли не заснёшь. А если даже и сможешь, то во сне станешь стонать.

Тот молча взял предложенное и отправил в рот, после чего достал флягу и сделал несколько больших глотков.

— Что за бобы фей? — спустя пару минут поинтересовался я у женщины.

— Приятный дурман. Улучшает настроение, расслабляет, если съесть пару штук. После десятка наоборот даёт прилив сил и энергии. Заодно убирает сильную боль. Если есть их постоянно, то можно привыкнуть и тогда жизни не станет без новой порции дурмана. Но в нашем случае выбирать не приходится, да и не разовьётся зависимость от трёх штук, — сообщила она мне.

— Не разовьётся, — подал голос охотник. — За всё время я и двадцати бобов не съел.

Очень быстро охотника сморил сон. Мы же с Аланой распределили дежурства и сели справа и слева от Грана, прижавшись к нему телами. Из-за тесноты нормально вытянуться на сухой и мягкой лесной подстилке здесь было практически невозможно. Ещё и страшно было лежать вплотную к лианам, зная, что за непроницаемой и хлипкой преградой в десяти сантиметрах от твоей головы может стоять хищник.

Ночь прошла тихо и спокойно. Алана рассказала, что в таких природных схронах прятаться от неразумных тварей лучше всего, так как эти растения скрывают и перебивают любые запахи рядом с собой.

Своё дежурство я провёл, прослушивая звуки ночных животных и насекомых. Трижды они резко затихали, заставляя меня напрягаться от мысли, что тишина эта связана с появлением опасного хищника, бродящего по округе в поисках добычи.